Дневники советской девушки, угнанной в немецкое рабство во время Великой Отечественной войны. Искренние записи о повседневной жизни в плену, борьбе за выживание и вере в освобождение. Редкий документ о судьбе миллионов советских «восточных рабочих», попавших в нацистские концлагери.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Ищи меня в России. Дневник «восточной рабыни» в немецком плену. 1944–1945»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Дневники советской девушки, угнанной в немецкое рабство во время Великой Отечественной войны. Искренние записи о повседневной жизни в плену, борьбе за выживание и вере в освобождение. Редкий документ о судьбе миллионов советских «восточных рабочих», попавших в нацистские концлагери.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Вера Павловна Фролова Серьезное чтение Биографии и мемуары подборки серии
Дневники советской девушки, угнанной в немецкое рабство во время Великой Отечественной войны. Искренние записи о повседневной жизни в плену, борьбе за выживание и вере в освобождение. Редкий документ о судьбе миллионов советских «восточных рабочих», попавших в нацистские концлагери.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Те, кто начал восстание в Варшаве, вероятно, полагались на помощь русских, – сказал Хуберт. – Они надеялись, что советские войска вот-вот подойдут к городу и возьмут его. Но к сожалению, все вышло по-другому. Русские где-то задержались, и в результате восстание оказалось подавленным. Много, очень много погибло там людей.
Мы посоветовали Анджею и Хуберту не искушать дальше судьбу, а остаться с нами, в этом подаренном случаем пристанище. Я рассказала им о нашем с мамой побеге от Шмидта и о его невеселом финале, сказала, что мы все решили теперь ни за что не трогаться с места, а ждать своих здесь. Наш тайник вроде бы надежен, еды – пусть это даже только осточертевшая каша-размазня – пока хватает, стоит ли желать чего-либо лучшего?
Анджей и Хуберт с радостью согласились – честно признаться, они и сами уже думали об этом, и если панове не имеют ничего против их присутствия – о-о, они останутся здесь с великим удовольствием… Теперь уже недолго ждать. Фронт стремительно приближается. До сих пор им везло, но если Матка Бозка не захочет дальше покровительствовать им и сюда нагрянет полиция – тогда… Тогда пусть лучше стреляют в них на месте. Они никуда больше не пойдут. С них хватит…
Я ничего не сказала в ответ на это, а в душе подумала: если случится страшное и наш тайник будет все же раскрыт, я тоже никуда больше не пойду. С меня тоже уже хватит."
"…Что-то мои подружки Руфина и Надежда засиделись в гостях у польских затворников. Пять минут назад, пользуясь временной тишиной (будет нынче налет или нет?), я спустилась с душного балкона, вышла, лавируя между сидящими и лежащими людьми, на улицу. Ночь, темная, настороженно-тихая, безлунная, опустилась над Битовом. С юга дул слабый, влажный ветер, и так вдруг явственно повеяло весной, повеяло просыпающейся, талой землей, едва уловимым ароматом первых подснежников, – и так страстно, так невыносимо страстно захотелось дождаться уже близкой свободы, великого счастья и радости увидеть своих… Боже мой, как захотелось мне этого! И вдруг я услышала, вернее, не услышала, а явственно почувствовала дальний-дальний военный гром. Он был слаб, еще совсем слаб, этот гром, – как бывает слаб шелест утомившейся волны, что нехотя, с глухим шорохом накатывается на песчаный берег. Но он был, был! Я не могла ошибиться – он был, он есть! Значит, правы Анджей с Хубертом – наши уже совсем близко! Они идут, они с каждым часом приближаются к нам, но только один Бог сейчас знает, сможем ли мы дождаться их? Один только Бог… Ах, если бы все мои желания исполнились!
5 марта
Вторник
Канонада с каждым часом все слышней, все ближе.
