– После Первой мировой войны Германия была буквально повязана по рукам и по ногам «Версальским миром», считалась чуть ли не первой его жертвой. Она оказалась разоружена, ей запрещалось производить танки, самолеты. Я знаю… Мы проходили это в школе. Наверное, поэтому Сталин и не принимал во внимание Германию, а основным врагом страны считал Англию.
– Пакт о ненападении между СССР и Германией, – поддержала я Мишу, – был заключен еще и потому, что наше правительство всеми силами старалось избежать войны. Вероятно, Сталин надеялся, что благодаря «Пакту» Советский Союз сумеет выкроить время, чтобы еще больше окрепнуть. Сталин просто не знал…
– Это вы – такие, как ты, Миша, Леонид, – могли не знать о сложившейся к 1939 году серьезнейшей обстановке в мире, а Сталин обязан был знать и предугадать последствия каждого своего шага, каждого своего действия. Обязан! – жестко перебил меня Георгий Николаевич. – Однако он не предугадал ничего и, продолжая политику сотрудничества с фашистской Германией, по-прежнему считал себя непогрешимым. А Гитлер умело пользовался его безмерным самомнением."
"В 1940 году, – продолжал Георгий Николаевич, – Гитлер пригласил Сталина посетить Берлин, однако тот проявил характерную для него личную осторожность и вместо себя послал в «дружественную» Германию Молотова. Для советской делегации была уготована на вокзале пышная встреча. Перед «дорогими гостями» четким шагом проследовали воинские подразделения, затем из репродукторов раздались торжественные звуки… «Интернационала». Мне довелось как раз в то время быть там, в Берлине. Я видел вокруг растерянные, недоумевающие лица людей, и мне было нестерпимо больно за слепую, преступную доверчивость руководителей когда-то родной мне страны… А потом последовал новый, ничем не оправданный, предательский по отношению к собственному народу и к народам Европы жест – в Берлин прибыла из СССР представительная военная делегация для договоренности об оказании действенной помощи германскому Вермахту. И это за несколько недель до начала войны с Россией! Всего лишь за несколько недель…
Позванивая ложечкой в стакане, Георгий Николаевич поднял на меня грустные глаза. Он очень изменился за прошедшие месяцы – осунулся, еще больше постарел и облысел.
– Я понял, что ты имела в виду то, что Советская страна не была готова к войне вследствие своего недостаточного вооружения. А не задавалась ли ты вопросом – почему так случилось? – Тут он снова стал говорить о проводимом в нашей стране в 30-е годы «кровавом терроре», который будто бы обезлюдел Россию, принялся опять приводить примеры: – После революции на службу в Красную армию перешло много царских «белых» офицеров и военных специалистов.