Но ты обрати внимание на его адвоката! У Троицкого тако-о-ое лицо, когда он смотрит на детей. Как будто ему сейчас завернут парочку и вынудят взять с собой. Прожженный холостяк! Он меня очень, очень пугает, Кариш!
Она доверительно шепчет, цокает языком.
- Не нужно бояться. Я не позволю ущемить ваши с Васей права, - прикасаюсь к спине клиентки.
И пока она продолжает неодобрительно причмокивать, думаю об одном - а своего ребенка я смогу защитить?..
На празднике мы, адвокаты, остаемся до самого конца. На коттеджный поселок ложится темнота, когда уезжает последняя семья родственников. Вася никак не хочет заходить в дом. Мотор квадроцикла выключен, но мальчика не стянуть с его новенького коня.
- Ребенок спать на улице будет из-за твоего подарка, - морщит носик Диана.
Ее разомлевший муж улыбается в свете фонарей.
- Зато он счастлив! Чего желает и нам.
Ди еще сильнее выпрямляет стройную спинку.
- Ага, ты сегодня осчастливился по полной! Думала, ты Карину в город отвезешь. А теперь самого придется тут оставлять!
- Давайте все останемся! - блаженно предлагает Верхов. - Комнат полно!
Его жена закатывает глаза.
- Карине нужно к сыну.
- Ну я так точно останусь, - делает вывод Верхов.
Взгляды этих двоих в сторону друг друга так и искрят. И совсем не вражеским злом. А я замечаю на себе внимание Антона.
- Мы вместе с Кариной уедем на такси. Мне по пути.
По моей спине бежит холодок. Но даже Диана не возражает против такой идеи.
- А ты так и стремишься подобраться к ней, Троицкий! - недовольно фыркает она, но сдается. - Хорошо. Уж очень не хочу отпускать ее одну.
Набираю воздух.
- Что со мной случится в такси? Антон, не нужно беспокоиться…
- Я отвезу тебя, - безапелляционно заявляет Троицкий, - машина будет через две минуты.
Ну хотя бы садится он вперед. На заднем сидении темного седана я размещаюсь одна. Едем в молчании, лишь под негромкий звук дорожной радиоволны.
В конце пути меня ждет новая железобетонная фраза.
- Я провожу тебя.
Уже не спорю, хочется скорее к сыну. Антон велит водителю ждать. Мы поднимаемся на этаж. У квартиры Троицкий берет меня за локоть.
- Сообщи, когда напишешь заявление. Я подниму все связи, и его рассмотрят в самом срочном порядке.
Я выдыхаю, предательски наслаждаюсь теплом его сильной руки.
- Хочешь скорее разобраться с недоразумением?
Поднимаю голову, и наши лица оказываются очень близко.
- Карина…
Господи, он наклоняется ко мне. Его жар уже на моих губах… Сглатываю.
