В начале следующего дня мы продолжали осмотр полярного лагеря, уничтожая обгоревшие огнями логовицы. Никакого монстра с групповым рейтингом не обнаружили. Но наш путь пролегал через гигантскую, расколотую до неузнаваемости статую — ее лица уже почти невозможно было различить, но по остаткам очевидно она достигала пятнадцати метров в длину....
Правитель Бастиона даже ни разу не взглянул на меня, говоря куда-то поверх моей головы:
— Артём из Хасмадеи, — отлично, он пролистал список достижений и выбрал самое захудалое, — признанный достойным лордами-судьями Ордена Стражей Севера с одобрения простого народа и по милости Бога Справедливости ты возводишься в дворянство Харалдара как рыцарь Бастиона. Отныне твои потомки будут нести твою благородную кровь как члены Дома Крыловых со всеми сопутствующими обязанностями и привилегиями. Да осенят боги твой род до скончания веков.
Я даже немного удивился, что он не попытался в последний момент выкинуть какой-нибудь фортель, чтобы меня дисквалифицировать. Видимо, его положение в Бастионе и вправду весьма шаткое, или ему настолько глубоко плевать на своего племянника, что он не захотел связываться с последствиями открытого вмешательства в древнюю традицию.
Так или иначе, когда Сигурдиан поднял накидку, я склонил голову, чтобы он мог надеть её мне на плечи. Затем выпрямился, пока герцог накидывал тёмно-синий плащ, закрепляя его застёжкой.
Наконец он поднял меня на ноги. На его лице застыло выражение такой отработанной серьёзности, что лишь глаза выдавали глубоко запрятанную лютую неприязнь. Он церемонно поправил на мне новый плащ и накидку, повертел золотую застёжку, а затем с довольным хмыканьем хлопнул меня по рукам и развернул к залу.
— Уважаемые гости и пэры Бастиона, представляю вам сира Артёма Крылова, рыцаря Стражей Севера! Да прослужит он нашей земле долго с честью и славой!
Раздались вежливые аплодисменты, что уже оказалось лучше, чем ничего.
Я рыцарь! Настоящий рыцарь! Не в игре, не какой-то пустой титул, а самый настоящий!
В конце дорожки меня ждали лорды-судьи, чтобы торжественно поздравить. Возможно, они играли на публику, но каждый из них выразил небывалую сердечность, пожимая мне руку и хлопая по плечу.
С окончанием формальностей начался праздник. Музыканты заиграли живую мелодию, а слуги замелькали в толпе с напитками и закусками. Люди начали смешиваться и болтать, и свежеиспечённые рыцари оказались в центре внимания.
Даже я привлёк немало народу, возможно потому, что стоял рядом с Лоркаром, сыном виконта.
