На фоне тихого леса и светло-синего неба, колонна казалась огромной гусеницей, подрагивающей под обстрелами ракет. Но впереди двигался черный автомобиль, его призрачные фары рвали ночное пространство как мечущиеся звезды. Машина стремительно летела к западу, часто выезжая на обочину, будто пытаясь уцепиться за смерть. В конце концов поток встречных машин исчез, и водитель машины упрямо тащился вперед, словно призрак....
Визе направился к столику, за которым сидели Лемке и гордость клуба — боксер-легковес Тони… Увидев подошедшего тренера, юноша встал.
— Добрый день, мастер.
— Здравствуй, — ответил Петер и поклонился улыбающемуся Лемке, — покажи-ка лапку, мальчик.
Тони протянул левую руку, и Петер стал ощупывать сустав большого пальца: приближал руку юноши к самым глазам, разглядывал издалека, напоминая нумизмата, пытающегося определить, подделка перед ним или нет.
— Все прошло, мастер, — юноша быстро взглянул на Лемке.
— Конечно, прошло, — Лемке улыбнулся и подмигнул Тони.
— Отправляйся в зал, — Петер взял Тони за подбородок. — Разомнись. Два раунда на скакалке, три — бой с тенью и душ.
— Мастер, один раунд…
— Нет, — Петер подтолкнул юношу в спину и занял его место за столом:
— Тони! — позвал Лемке и, когда боксер подошел, протянул ему конверт.
Боксер нерешительно посмотрел на тренера, Петер почувствовал его взгляд и пробурчал:
— Спрячь, чтобы ребята не видели, и убирайся!
Тони взял деньги и ушел. Петер покосился ему вслед и нехотя повернулся к Лемке, который, добродушно улыбаясь, достал портсигар, золотую зажигалку и закурил.
— Ты резок с мальчиком, старина, — Лемке поправил манжеты и взглянул на часы.
— Тони ждет не балет, а ринг.
— Ты недоволен им? — спросил Лемке и слегка тронул Петера за рукав. — А мне он нравится, мальчику повезло.
— Хорошее везенье, — Петер потер голову.
— Все будет спокойно и интеллигентно. Тони начинает выступать, разъезжать по нужному мне маршруту и работать на меня. Со временем он узнает, за что получает деньги.
— Хорошее везенье, — повторил Петер, — а сейчас ты дал ему аванс?
— Нет. Мне нравится Тони, — серьезно ответил Лемке, рассматривая дымящуюся сигарету. — Я рад, что могу помочь ему устроиться в жизни.
— Какого числа Тони сядет в кресло и ответит на все твои вопросы? — Петер перегнулся через стол и сжал кисть собеседника.
— Не скоро.
— Но сядет и будет отвечать, отвечать и отвечать! Как я! Затем он перестанет верить себе, — Петер облизнул сухие губы и кашлянул так громко, что буфетчик поднял голову и взглянул вопросительно. — Двойное виски и сок для хозяина, — сказал ему Петер.
