Девушка к Грише подходит, волосы на спину откидывает и кладет ему руки на плечи. А он не уходит, смотрит на нее, дышит тяжело. «Тяжко мне, Гриша, без тебя, соскучилась… не могу я тебя забыть, как ни старалась. Люблю я тебя, милый!» Каждое слово у Ульяны в ушах как молотом отдается, хоть и тихо они говорят, а слышит она все. Гриша девушку к себе прижимает, срывает с нее тонкую блузку и исступленно целует… Они падают в траву, идо Ульяны доносится только смех и звуки поцелуев. Потом они поднимаются из травы и голые, как Адам и Ева, идут по лесу, держась за руки.
Ульяна за ними пробирается, потихоньку, чтобы не заметили. Вышли они к реке, к пустынному участку, где камыш растет, и купаться пошли. В камышах тропка протоптана узкая, так Гриша ее на руках нес. В воде плескаться начали, опять обнимались, Ульяна потихоньку за ними прошла и в камышах спряталась. Подождала, пока расплывутся в разные стороны, нырнула и под водой к девушке подплыла… Та не подозревает ни о чем, белое тело в воде распластала, ногами босыми шевелит лениво.
Ульяна за ногу ее взяла и дернула посильнее. От неожиданности девушка ушла под воду с головой, даже не пискнув. Ульяна за руку ее берет, в глаза ей заглядывает… Волосы у Ульяны распущены, как диковинные водоросли вокруг головы извиваются. Взгляд тот, полный ужаса, Ульяне еще не одну ночь снился. Как в замедленной съемке, видит она широко распахнутые глаза и открывшийся рот, в который хлынула речная вода… А Ульяна обвивается вокруг этого белого тела, гладит его и трогает, и глаз не отводит… Потом уж отпустила, когда закончилось все, когда взгляд остекленел и стал безжизненным, как у куклы.
А может, все сразу и закончилось? Не важно теперь. Руки как крылья махнули, и тело на дно опустилось.
Вышла Ульяна из реки, нагая, волосами окутанная, видит, парень на берегу. Ее заметил, рот открыл от страха, испугался. Может, русалка почудилась, а может, еще что? Не стала Ульяна разбираться, подошла к оторопевшему парню и впилась холодными губами в губы… Долгий поцелуй, страстный, пока не опомнился он, оторвалась от губ и, как дикий зверь, рванула зубами за горло.
Кровь потекла, но Ульяна только опьянела от ее вкуса, рвала зубами человеческую плоть, будто это и не живое существо вовсе. Сама себе ужасалась, но и остановиться не могла. Оттолкнула парня от себя, полюбоваться на сделанное, он рану рукой зажал, крикнуть хочет, да только воздух ртом хватает.