Автор
В пределах первого тома ты будешь проникнутся атмосферой ожесточенного боя, где каждая жизненная сложность ставит тебя на грань возможного смерти. Лагерь кишит нервозностью и напряжением, а жители готовы не только участвовать в кровопролитии, но и оставаться там вопреки собственной безопасности....
Никаких тебе романтических вздохов, лишь чистый расчёт. И, наверное, это всё-таки правильно.
Я кивнул.
— Оставляю это на вас, девочки. Вы же всё равно основную возню берёте на себя, — буркнул я, листая бумаги дальше. Странное тепло расползалось по груди, пока я читал там имена своих… жён? Своих женщин. Этот вопрос повис в воздухе, не давая покоя. Взгляд скользнул по самому последнему листу, и я замер, увидев одну фамилию. В самом низу. Сердце ёкнуло.
Ирен, судя по всему, почувствовала, как я напрягся.
— Ой! Думала, я её отложила, — прошептала она, в её голосе проскользнула неловкость. Она потянулась за бумагой, но я быстро, чисто инстинктивно перехватил лист в другую руку. Держа бумагу подальше от коротких рук Ирен, торопливо читал. Слова расплывались перед глазами, смысл улавливался нечётко, доходя до мозга постепенно, как бы издалека. Только потом, когда перечитал повторно и всё понял, отдал ей шестое свидетельство.
— Триса, — произнёс я. Голос показался мне каким-то чужим, но звучал ровно. Русалка. Та самая, с которой… Ну, вы поняли. В борделе Ирен ещё в Кобране. В воспоминании всплыла влажная кожа, эти странные глубокие глаза… Чёрт!! Это было… деловое свидание. Не более того. Рабочий момент так сказать. Никаких обязательств, никаких далеко идущих планов.
Жрица выступила вперёд, словно пытаясь разнять драку, хотя никакой драки и в помине не намечалось. Напряжение в столовой сгустилось настолько, что его можно было резать ножом.
— Знаешь, — Ирен, как всегда, действовала эффективно, — если уж заниматься бюрократической волокитой, как ты её назвал, Артём, то лучше сразу подготовить все документы, какие могут понадобиться, даже если мы пока не планируем ими пользоваться.
Говорила она спокойно, рассудительно, но мне от этого легче не становилось ни на йоту, только ещё сильнее хотелось врезать кому-нибудь.
Я окинул взглядом остальных, Зару, Лею, Самиру, Беллу, Амализу. Илин стоял чуть в стороне, словно не при делах. Лица у всех непроницаемые, будто каменные маски. Покерфейс, мать их! Будто так и надо, блдь! Только маленькая Лили выглядела такой же ошарашенной, как я. Глаза широко раскрыты, ушки прижаты к голове. Её растерянность хоть как-то соответствовала моему состоянию.
