Автор
В пределах первого тома ты будешь проникнутся атмосферой ожесточенного боя, где каждая жизненная сложность ставит тебя на грань возможного смерти. Лагерь кишит нервозностью и напряжением, а жители готовы не только участвовать в кровопролитии, но и оставаться там вопреки собственной безопасности....
Захотелось забраться обратно в кровать в Мири́де, чтобы Зара или Лейланна навалились сбоку, а Самира забросила свою ногу поперёк моей груди… Всё это казалось чертовски далёким, и ради этого далёкого сейчас стоило терпеть и холод, и риск, и эту засаду.
Промаявшись полночи, заснул тревожным сном, но всё равно проснулся на рассвете. Солнце только начинало окрашивать небо в розовые тона. Развёл крошечный костёр, согрел остатки эпинда и сварил отвар из трав. Элария вышла из палатки, хмурая, как и накануне, бледная, с застывшей решимостью во взгляде.
Добрались до точки до того, как Фендал вернулся. Засели в укрытии и ждали, мать их, четыре долбаных часа, пока этот рыцарь не соизволил явиться. Устроился в лагере как у себя дома: лениво разминался, ел, справлял нужду. Всё неторопливо, без спешки.
Элария не сводила с него глаз. Брови сведены, пальцы побелели от напряжения. Манасфера вокруг её ладоней светилась почти неосознанно, казалось, что сейчас взорвётся от ненависти.
Первые монстры обитали в зловонной пещере. Свинособы — помесь кабана, собаки и кошмара. Всё как в классических фильмах ужасов: клыки, шипы, гнойные язвы. Жуткие твари! Фендал, как идиот, вломился туда, не разведав, не обойдя, не попытавшись выманить, просто полез напролом. Сначала прикончил одиночек, потом нарвался сразу на трёх.
Один из монстров ударил в его колено, другой прокусил бедро, Фендал даже внимания не обратил. Махал себе и дальше бодренько так мечом, хлестал щитом во все стороны, кровища ручьями текла по ногам, а он только веселее становился. По ходу, этот придурок не только садист, но и вовсе отбитый псих.
И вот тогда Элария вышла из укрытия, двинулась вперёд и, сжав кулак, выпустила вспышку зелёного света.
Я спокойно шёл рядом с Эларией, но был настороже.
— Ты! — заорал он, когда увидел нас.
