Автор
Мать-одиночка, разочарованная в любви, работает в компании, где её начальник — неотразимый соблазнитель с репутацией донжуана. Когда профессиональные границы начинают стираться, героиня вынуждена решить: остаться верна своему скептицизму или рискнуть поверить в чувства, которые способны всё...
Всё, плыву. Тяжело дышу, самого себя сжигая изнутри раскалённым кислородом. Снова насилую её рот языком. Отвечает не менее страстно, прикусывая мои губы.
Разворачиваю Вику, прижимаю к стене. Вхожу без прелюдий. Насаживаю на себя, не останавливаюсь, кажется, даже не дышу. С силой сжимаю эту проблемную задницу, которая в последнее время изводила меня.
Хочу её. Я сейчас в ней – мокрой, горячей, и всё равно хочу больше. Громко стонет, периодически вскрикивает. Меня немного отпускает. Перестарался?
– Я сделал тебе больно? – останавливаюсь, прижимая её спиной к своей груди.
– Нет, – с трудом выдавливает из себя. – Двигайся, Артов, не останавливайся! Быстрее…
Снова проваливаюсь в пустоту. Набираю темп. Прогибается в спине для меня, но теперь уверен, что ей нравятся мой напор и запредельная скорость. К нежности я сейчас не готов.
Сладкий протяжный стон. Бурно кончает, сжимает меня так, что вот-вот сорвусь. Чувствую, как она дико пульсирует внутри. Горячая, словно пекло.
Разворачиваю Вику. От резкого движения её штормит, чуть покачивается. В глазах пусто. Идиотская, довольная улыбка на лице. Да, вот так хочу, чтобы она на меня реагировала.
Приподнимаю под круглую задницу, заставляю обхватить меня ножками. Снова вхожу. Член каменный. Снова принимает меня полностью. Тихие стоны становятся громче. Заводится адская блондинка, готовая повторно кончить.
Впиваюсь в сладкие губы. Трахаю её членом и языком. Острые ногти проходятся по плечам, но это лишь подстёгивает ещё больше, заставляет ускориться. Вдалбливаюсь резкими, тяжёлыми толчками.
Кончает, всхлипывая. Ещё пара секунд, и я улетаю вслед за ней. От собственного хриплого стона уши закладывает. Трясёт, как от сильного озноба.
Утыкаюсь в её шею, делаю пару движений. Удовольствие обволакивает всё тело, делает его сплошным оголённым нервом. Только тронь, и снова взорвусь в ней.
– Бешеный! – сквозь поцелуй.
– Голодный. Ты виновата. Не подпускала.
Топаю в душ с ней на руках. Только когда протискиваюсь в душевую кабину, опускаю Вику, придерживаю, чтобы устояла на ногах.
Намыливаю стройное тело. Ладони скользят по сексуальным изгибам. Снова возбуждаюсь. Мы только начали. Так просто я её не отпущу.
Втягиваю ртом твёрдые соски, мну сочную грудь, отчего Виктория еле слышно постанывает. Женская ладонь ложится на член. Двигается медленно. Она смотрит вниз, словно заворожённая, взгляд прикован к толстой головке, которую она оголяет своими движениями. Вверх-вниз. Выдыхает. Сглатывает.
