Автор
События в этот вечер происходят за пределами обычного уважения к родителям. Марат не собирается поддаваться гостеприимству отца, даже если его друзья готовы накалить обстановку до предела жаркой и шумной ночью. Здесь стихийно формируется атмосфера ожидания чего-то необычного, что привнесет радость в уже вынужденно веселую вечеринку....
И так легко у нее дело спорится… Просто в руках горит. Даже жаль, что я не могу гореть вместе с ней. У меня кроме этого столько проектов, что нужно держать себя в черном теле. Я только каким-то чудом умудряюсь втиснуть в свой график командировку в Париж. Всего три дня, которые до того заполнены встречами и суетой, что нам приходилось жертвовать сном, чтобы побыть вдвоем. Пройтись по ночным улочкам в обнимку, или заняться любовью в чудном номере с ванной, установленной у окна, из которого открывался шикарный вид на Эйфелеву башню.
И ведь был… был результат! И у переговоров: мы заключили один важный контракт, и почти добили еще три соразмерной значимости. И у наших отношений: никогда еще мы не проводили столько времени вместе. За обеденным столом, и столом переговоров, всклоченные в какой-то маленькой булочной, куда мы выскочили за свежими круассанами на завтрак, и в до мелочей продуманных нарядах, выбранных Афиной для встречи.
— Ты с ума сошел?! Надевать Kiton на встречу с финансовым директором Brioni?!
— Я уже запутался.
— Нет! Но Антонелла будет сегодня ужинать в том же ресторане, что и мы. Господи, да убери ты этот костюм! Не понимаю, как ты вообще без меня жил?!
Конечно, я понимаю, что это вполне риторический вопрос. Но зачем-то на него отвечаю:
— Не знаю. И даже, если честно, не помню.
— Чего? — Афина, что на автомате перебирала развешанные гувернанткой вещи, оборачивается. Взгляд растерян, будто она уже и не помнит, о чем спросила.
— Как жил без тебя.
Афина закусывает губу, чтобы та дрожью не выдавала обуревающих ее чувств.
— Марат…
— Иди ко мне. К черту этот костюм. К черту Антонеллу.
— Но пока она в Париже…
— К черту Париж. Надо будет — слетаем к ней специально в Италию.
И Афина послушно отступает от шкафа. Подходит ко мне.
— Если справишься за пятнадцать минут, мы успеем и в ресторан, и…
— Ты много болтаешь, учитывая, как немного времени у нас есть. — Это я уже говорю, целуя ее… губы, нос, щеки, все без разбору.
— М-м-м.
— Кто-то из нас должен быть благоразумным и следить за таймингом.
— Этот кто-то — ужасная зануда, — шепчу, развязывая поясок на ее халате. Афина ведет плечами, отбрасывая тот совсем.
— Это я зануда!? Тогда ты… ты просто безответственный мальчишка!
— А ты сейчас похожа на училку. — Смеюсь. — Очень-очень строгую и занудную училку.
— Ах так, да? — толкает меня в грудь. Я послушно опрокидываюсь на кровать, предвкушая, что будет дальше.
