На главной площади города Гваруса зиял пустой памятник герою двухсотлетней давности — забытому сыну местных людей. В этот вечер казалось, что город и вовсе не видит времени. Однако молодая девушка с серыми волосами спешила туда же, пронизанный мерзким предчувствием чего-то ужасного или важного....
На небольшом пятачке между глухой стеной и старым тупиковым путем росло несколько деревьев и стояла одинокая лавочка. Я создала воздушный купол, который защищал нас от ветра и любопытных ушей, и повернулась к отцу.
– Как твой дар? – спросил тот, оценивающе оглядывая купол.
– Как обычно, – пожала плечами. – Аномалия никуда не делась, продолжаю осваивать воздух. Только уже в новом месте.
– Вот уж не думал, что ты окажешься в лучшей академии королевства.
– Как ты вообще узнал, что я здесь?
– Я был в Линте, и там мне все рассказали.
– Это была самозащита, – буркнула под нос.
Конечно, я не ждала поддержки или защиты, но от неодобрения в глазах отца становилось совсем уж пакостно. Как будто я сама провоцировала Мариса. И как будто совершила преступление простив человечества, попортив его холеное лицо.
– Так зачем ты приехал? – сменила тему. – Что-то случилось дома?
Отец помолчал, а потом выдал:
– Я нашел тебе мужа.
– Что, прости? – от удивления я аж села на холодную скамейку.
Мне казалось, родители махнули рукой на свои матримониальные планы еще шесть лет назад. И тут такая новость.
– Я нашел тебе мужа. Он согласен взять тебя, даже не смотря на твой… изъян.
Ошарашенно покачала головой. Мозг категорически отказывался воспринимать эти слова.
– Вот, – отец вытащил из внутреннего кармана пальто большой конверт и подал его мне. – Подпиши брачный договор, собери вещи, и ночным поездом мы отправимся домой. Люди твоего будущего супруга будут ждать тебя там.
Я машинально взяла конверт, машинально достала бумагу и глянула на ровные печатные строки. И чем больше вчитывалась, тем сильнее меня начинало колотить от возмущения. Во-первых, предполагаемым супругом был исфаниец. Во-вторых, после свадьбы я становилась подданной Исфанийского Халифата. И в-третьих, все права на меня, мое имущество и даже на магию после свадьбы переходили мужу.
– Это… это что такое? – я подняла глаза на мужчину, который являлся моим родителем.
– Брачный договор, – повторил тот и протянул мне ручку, – подпиши его.
– Вижу, что это брачный договор. Но тебе не кажется, что он немного странный?
– Стандартный для исфанийцев.
– Но мы же не исфанийцы.
– И что? – не проникся мужчина. – Как будто межнациональные браки редкость в наше время.
– Вот только по сути ты продаешь меня в рабство!
Конечно, межнациональные союзы встречались часто. Со мной в комнате живет ребенок от такого брака, вполне себе счастливый и довольный жизнью.
