Я мамочка, утирая слезы от крохотных капельки сына. За окном шумит дождь, серые тучи низко висят над крышами, даже цвета фасадов не могут развеять мрачное настроение. Это суровое лето Петербурга, с плюс пятнадцатью градусами и порывистыми ветрами — такая же яркая и непредсказуемая как жизнь в моей душе....
В обычной жизни я сова та еще, раньше трех-четырех ночи не ложусь. В отпусках же, особенно с насыщенной экскурсионной программой, сладко спать времени нет, и где-то к двенадцати, максимум к часу меня уже вырубает. Сейчас часы показывали одиннадцать, и в общем, отправиться на боковую я была не против, перед этим можно даже немножко почитать или в сети полазать, но…
— Ты как, к себе? — и вроде Шон спросил без всяких выразительных взглядов и намеков, однако совершенно неожиданно вдоль спины прокатилась волна горячих мурашек и растеклась по пояснице.
— Д-да, наверное, посижу за компом и спать, — отозвалась я и сама поняла, как неубедительно прозвучало.
И черт знает, что или кто дернул за язык, зачем вспомнила, что шкатулка с украшением осталась в моей комнате.
— Кстати, кулон у меня, давай, отдам сразу? — вопросительно покосилась на Шона, подумав, что пусть лучше вернется к хозяевам, несмотря на то, что амулет принял меня.
Он кивнул, подошел и приобнял за талию, мягко подтолкнув к лестнице.
— Давай, — невозмутимо отозвался младший Рейли.
Я отметила, что он не стал дожидаться в гостиной, а пошел к лестнице вместе со мной, и в голову горячей волной ударило нервное волнение. Вспомнилась предыдущая ночь вместе с Россом, и очень некстати проснулось нечто, похожее на замешательство и чувство вины. Черт, я же переспала с его братом… Ну и что, что Шон в курсе и не обижается. Блин… Пока я путалась в сумбурных размышлениях, мы уже поднялись на второй этаж, свернули в коридор, и я остановилась у двери своей комнаты, взявшись за ручку.
— Подожди…
— Не буду, — выдохнул вдруг Шон, подался вперед, обняв за талию, и мягко прижал к стене.
Мои ладони уперлись в его грудь прежде, чем я успела сообразить, что делаю. Вскинула на младшего Рейли растерянный взгляд, сглотнула вязкий ком и пролепетала, с трудом подбирая слова, способность свободно говорить на английском разом покинула меня.
— Ш-шон… Постой, понимаешь… Черт, я же была с Россом, — наконец выпалила, облизнув губы и ощущая что-то, близкое к панике.
— Я знаю, — мягко отозвался Шон, собрав мои запястья и аккуратно их сжав. — А сегодня я хочу, чтобы ты была со мной. Что тебя смущает? — он поднес мои дрожащие пальцы к губам и невесомо поцеловал, не сводя потемневшего взгляда. — Ты против? — с едва заметной паузой задал он еще один вопрос.
