Я мамочка, утирая слезы от крохотных капельки сына. За окном шумит дождь, серые тучи низко висят над крышами, даже цвета фасадов не могут развеять мрачное настроение. Это суровое лето Петербурга, с плюс пятнадцатью градусами и порывистыми ветрами — такая же яркая и непредсказуемая как жизнь в моей душе....
Обычная абстрактная трудно запоминаемая чушь, от которой на утро в голове ничего не осталось. Ну и отлично. К десяти часам я окончательно проснулась, повалялась еще немного, потягиваясь и слегка морщась — мышцы на ногах с непривычки после долгой прогулки потягивало, — и встала, настроившись на чудный день в одиночестве. Все-таки, я уставала от общения, еще и такого плотного и волнующего. Мурлыча под нос мелодию, я спустилась вниз и занялась завтраком. Сбацала омлетик, гренки с сыром, налила чаю и, подумав, вышла во двор, наслаждаться видом, прекрасной погодой — снова солнышко и даже жарко, как не в Ирландии, честное слово, — и вкусной едой.
Жмурясь, как кошка, я неторопливо позавтракала, потом убрала все и решила пройтись по дому, утолить наконец любопытство. Первый этаж кроме большой общей гостиной порадовал той самой библиотекой, в которой вкусно пахло деревом и книгой. Старинное кресло с ушками у неизменного камина так и манило присесть, полки под потолок, заставленные книгами — некоторые очень старые, судя по корешкам, — в углу небольшой стол и монитор компьютера.
Второй этаж не представлял интереса, тут жилые комнаты, я и так поняла, и поднялась дальше, на третий. Сунула нос в первую дверь, за которой обнаружилась мастерская с инструментами, козлами и прочим — наверное, здесь братья занимались ремонтом по дому. За второй к моему удивлению, небольшой спортзал с тренажерами. Отогнав соблазнительные видения полуголых мужчин с блестевшими от испарины, рельефными торсами, я шикнула на распоясавшуюся фантазию и подошла к последней двери.
