Я стою на вершине крыши, осенняя грязь стучится о деревянные подпорки. Ветер обжигает лицо и раздражает волосы, тянет за рукава. Может быть, именно сейчас я поймусь? Ответ мой приходит словно отчаянный вопль в ответ на громкий вой ветра над ухом.
Думаю, мою куртку вообще теперь можно выкинуть, наверняка она повреждена после удара полиписа.
– Лучше дай мне платье, – вздохнула я, смирившись с необходимостью идти на обед."
"Ран отвернулся, ожидая, пока я оденусь, помог только пуговки застегнуть. Он очень осторожно старался касаться моей спины, но я уже почти не чувствовала боли. Я подумала о том, что тетя Рана, когда готовила для него лекарство, даже предположить не могла, что его почти целиком используют на меня. Подумала и невольно фыркнула, сдерживая смех. Вообще, жизнь постепенно перестала казаться такой мрачной, как несколько часов назад.
– Я насчитал на твоем платье пятнадцать пуговок, – сообщил Ран. – Тихий ужас. Как ты с ними справляешься?
Вот, значит, о чем он думал, застегивая их. Считал. Как мило.
– Привыкла, – буркнула я.
В столовой все прошло гораздо лучше, чем я ожидала. Никто не лез с сочувственными разговорами, но смотрели с уважением. Мне кивали и улыбались даже старшекурсники, а мои однокашники смотрели просто как на героя.
Вита кинулась ко мне, едва завидев. Подбежала и хотела обнять, но вспомнила про мою многострадальную спину и просто осторожно взяла за плечи.
– Оставляю ее вам ненадолго, – улыбнулся Ран. – Покормить, напоить и сдать мне ее в целости и сохранности через полчаса. У нас еще дела.
– Есть, командир, – засмеялась Вита. – А какие дела?
Ран только многозначительно подвигал бровями. Вита недоверчиво покосилась на меня, а потом вновь перевела взгляд на моего друга:
– Что?
– Ой, Вита, точно не то, что ты подумала. Я тебе потом все расскажу!
Мои друзья и так уже в общих чертах знали про шкатулку и секрет, хранящийся в ней.
После обеда я совсем ожила и чувствовала себя отлично. Теперь я точно была готова к тому, чтобы получить последнюю искру. Так что на обратном пути это я тянула Рана за собой, а не наоборот.
Я взяла шкатулку в руки, едва переступила порог.
