Я стою на вершине крыши, осенняя грязь стучится о деревянные подпорки. Ветер обжигает лицо и раздражает волосы, тянет за рукава. Может быть, именно сейчас я поймусь? Ответ мой приходит словно отчаянный вопль в ответ на громкий вой ветра над ухом.
Оставалось только открыть крышку и вытащить шарик.
– Подожди, – Ран удержал мою руку. – Кора, обещай мне не слишком горевать, если поймешь, что магия тебе по-прежнему недоступна.
– Я… обещаю… – проговорила я. Думаю, он почувствовал фальшь, но ничего не сказал.
Он встал за моей спиной, положил руки на плечи.
– Готова?
– Давно!
Последний шарик выкатился на ладонь. Что, если участия в финале было недостаточно? Что, если нужна была победа? Что, если…
Но я не успела измучить себя сомнениями, потому что шарик растрескался, осыпаясь глиняной крошкой.
– Ого, – сказал Ран. – Потрясающе.
– Ага, – согласилась я, не в силах скрыть гордости, словно и шкатулка, и искры были моим собственным творением, а не достались мне по наследству.
Но больше уже ничего не успела сказать, потому что отблеск души моего далекого предка не стал дожидаться окончания разговора и влетел в полуоткрытый рот.
Когда я пыталась представить, что ожидает меня в третьем видении, непременно воображала что-то эпическое.
Я сидела в таверне за простым деревянным столом. Рядом стояли ополовиненная кружка с каким-то темным варевом и тарелка с обглоданными костями. Крис бросил туда же еще одну кость, с которой только что расправился. Он, кажется, был изрядно пьян.
– Мы победили, Крис. Ты можешь в это поверить? Они ушли.
Крис, однако, покачал головой, не соглашаясь.
– Сейчас я тебе кое-что скажу, Трип. То, чего не стал говорить на совете. То, чего сейчас никому не стал бы говорить. Люди должны перевести дух после того, как почти потеряли надежду и вдруг обрели спасение.
Кажется, не так уж он пьян, как показалось вначале, но говорит все равно непонятно.
– Это ты нас спас, Кристер. Только ты, без тебя мы бы не справились…
Так его полное имя Кристер… Оно мне было хорошо знакомо, но пока еще я не могла вспомнить откуда.
Крис поднял руку, прерывая поток благодарности, готовый излиться из уст собеседника.
– Я тебя не для того позвал, чтобы слушать хвалебные речи.
Трип почтительно замолчал, готовый слушать.
– Говорят, у тебя бойкая рука и острый ум. Ты нужен мне, чтобы помочь написать книгу.
