Флэй. Чуть помолчав, дикарь открыл глаза. "Что?" — спросил он тихим голосом, будто говоря мне самому себе в ответ на мое предложение быть полусонной. Я привстала и уселась рядом с ним, вздохнув. "Полчасу назад было страшно, а теперь скучно," — пробормотала я, чувствуя себя дикой странницей в своем сне. Как будет дальше?...
— Доброго вечера, — с легкой запинкой произнес советник, усаживаясь на свое место. — Но как?..
— Вовремя принял меры и смог уйти из-под носа заговорщиков, — усмехнулся бывший правитель Таргара. — Как себя чувствует его величество?
Тонвел некоторое время рассматривал недавнего союзника, отмечая его потрепанный и уставший вид. Но не мог не отдать должного, глаза герцога Таргарского смотрели по-прежнему уверенно, лицо было спокойно, и сила Дракона все еще была при нем. Как и раньше хотелось почтительно склонить голову, только это был Роген, и изгнанник являлся не официальным лицом, а всего лишь незваным гостем.
— Вы ведь не в гости заглянули, ваше сиятельство? — осторожно поинтересовался советник.
— Разумеется, — усмехнулся Найяр. — Да, вы правы, не будем расшаркиваться и распыляться в пустоту. Мне нужна аудиенция у его величества. Вы поможете мне пройти во дворец? Как сами понимаете, меня в таком виде туда не пустят, а спорить со стражей мне как-то претит.
Советник Тонвел молчал. Он думал. Рогенский монарх благоволил Таргару, герцогству, не конкретному правителю. Хотя с Найяром Грэимом король Теониан умудрился сохранять достаточно дружеские отношения на протяжения всего правления герцога Таргарского, не смотря на заносчивый норов его сиятельства. То, что король может поддержать своего союзника, нельзя было скидывать со счетов.
"На данный момент к власти в Таргаре пришел человек, который Рогену был мало знаком и понятен. Что ожидать от смены правителя в соседнем герцогстве, как изменятся прежние договоренности? Надолго ли задержится тот, кто до сегодняшнего дня не имел никаких прав на герцогский трон? Не начнутся ли смуты под боком у Рогена? И, главное, как это может отозваться в их маленьком королевстве? Как известно, дурной пример заразителен, не захочет ли кто-нибудь повторить опыт таргарских заговорщиков и здесь? Возможно, помочь герцогу вернуть свое государство проще, чтобы сразу показать вольнодумцам, что подобные деяния жестоко наказуемы, чем потом бороться с дурным примером…
Все это проносилось в голове советника Тонвела.
