Флэй. Чуть помолчав, дикарь открыл глаза. "Что?" — спросил он тихим голосом, будто говоря мне самому себе в ответ на мое предложение быть полусонной. Я привстала и уселась рядом с ним, вздохнув. "Полчасу назад было страшно, а теперь скучно," — пробормотала я, чувствуя себя дикой странницей в своем сне. Как будет дальше?...
Тот, о ком только что говорил Счастливчик Грэйг, молча, выслушал пирата, затем хмыкнул, пытаясь сдержать рвущийся из груди истерический смех. Снова хмыкнул и расхохотался в полный голос.
— Что? — капитан ""Дракона"" исподлобья рассматривал хохочущего мужчину.
А Найяр не мог остановиться. Он согнулся пополам, бил себя по коленям и подвывал, все повторяя:
— Таргарское чудо… А-а-а, святая Аниретта…
— Что ты гогочешь, как рыцарский конь?! — наконец, оскорбился Грэйг.
— Не обижайся, — простонал между приступами смеха создатель ""Таргарского чуда"".
Пират, все еще обиженно глядя на своего спасителя, кивнул, и тот поспешил покинуть палубу. Только в каюте капитана Найяру удалось взять себя в руки, но и там он все еще посмеивался, пока апатия не накрыла его, и мужчина устало погладил виски кончиками пальцев.
— Вот так, ты им создаешь чудеса, а они все равно считают тебя безумцем… Святая Аниретта, — бывший герцог усмехнулся в последний раз и упал на узкую койку, закрывая рукой глаза.
К утру шторм прекратился. Грэйг вернулся в каюту, посмотрел на спящего спасителя и нахмурился. Было что-то в его госте такое… То, что ему рассказали только часть правды, пират понял, когда хмель прошел, но вопросов не задавал. Как не интересовался, как дикарь со Свободных Земель мог оказаться на их берегу. И еще он понимал, что Неил Рэин напичкан тайнами, которыми делиться не собирался.
Найяр открыл глаза, прислушался к ровному дыханию капитана и попытался снова уснуть.
— Земля! — этот крик разорвал утреннюю тишину, заставив сердце Таргарского Дракона забиться в два раза быстрей.
— Ну, вот и все, добрались, — прошептал он и поспешил на палубу, чтобы увидеть землю Ледигьорда.
* * *Ледигьорд. Территория племени Белой Рыси.
— Даиль, — жаркий шепот в шеи вызвал улыбку и приятные мурашки. — Моя голубка.
— Ур, — я попыталась изобразить голубиное урканье и перевернулась на спину, сразу попав в плен прохладных губ моего обожаемого мужа. — Р-р-рысик, — мои руки оплели его шею. — Мой р-р-рысик.
