Флэй. Чуть помолчав, дикарь открыл глаза. "Что?" — спросил он тихим голосом, будто говоря мне самому себе в ответ на мое предложение быть полусонной. Я привстала и уселась рядом с ним, вздохнув. "Полчасу назад было страшно, а теперь скучно," — пробормотала я, чувствуя себя дикой странницей в своем сне. Как будет дальше?...
Он же дал указание отвезти нас сюда и передать вам это, — Хэрб вытащил свиток. — И мы никуда не уйдем, — тут же упрямо сказал мой помощник. — Мы хотим остаться с вами.
— И останемся, — не менее упрямо поддержал Дьол.
Я кивнула, просто сил на слова не осталось, их поглотили эмоции. И услышать подробности, как Эбер стал Таргарским герцогом, я решила позже. Впрочем, коротко мужчины мне рассказали, пока мы шли до дома. Дьол был тяжело ранен и наемники не рискнули тащить его в дальний путь. Их с Хэрбом оставили у лекаря.
Мой помощник попался на глаза новому правителю спустя несколько месяцев. Тогда-то Военор и рассказал о подозрении, что я здесь. Хэрб загорелся желанием добраться до меня. Эбер подумал и решил дать указание доставить до Ледигьорда Хэрба и Дьола, решившего остаться с пареньком, ""чтобы рыжий не натворил дел"". Герцог написал письмо и передал его для меня. В общем-то, так они здесь и оказались.
— Это кто? — Дьол указал пальцем на колыбельку с Конганом, рядом с которой стояла мама Гомель.
— Наш сын, — ответил Флэй. — Конган, сын Флэйри, из племени Белой Рыси.
Моя большая нянька присел на корточки и широко улыбнулся:
— Настоящий воин, — сказал он.
— Рысь, — гордо ответила я. — Истинный сын Великой Матери.
— Как все чудно и диковинно, — улыбнулся мне Хэрб, разглядывая меня, поселение и Рысей.
Я рассмеялась, потрепала его по волосам и подтолкнула к дому:
— Вот в бане напаришься, переоденешься, тогда и на девушек смотреть будешь. Иди-иди.
Гаммель ушла в дом, чтобы накрыть стол для гостей, Флэй хотел услышать обо всем, что случилось в Таргаре за время нашего отсутствия. Шоли с подругами заняли свой пост возле колыбели, прислушиваясь к речи пришлых.
""Уважаемая тарганна Сафиллина.
Сафи… Проклятье, я даже не знаю, как теперь называть тебя. Впрочем, какое бы имя ты сейчас не носила, главное, чтобы ты была живая и счастлива с тем, кто спас тебя из лап кровожадного чудовища. Я молюсь о том, чтобы ты, наконец, обрела счастье.
