В начале сентября 1941 года, на пороге секретного кабинета вражеской разведки, предстает история о честолюбии и бесстрашии одного майора. Этот роман исследует тени похищения жителей и их попытки искупить вину после войны, создавая атмосферу напряженности и страха военных времён....
– Пли! – задиристо выкрикнул лейтенант.
Расстрелянные упали на дно ямы. Айзацгруппа отошла в сторону под ветвистый клен, и, пользуясь перерывом, все присели на ящики из-под снарядов и молча закурили.
Полицаи из вспомогательного отряда некоторое время рассматривали на дне ямы расстрелянных, а потом привычно и без особого усердия, как это делают только могильщики, принялись засыпать трупы рыжей глинистой землей. Затем, немного потоптавшись на появившемся холмике, отошли в сторонку.
Четверо полицаев из айзацгруппы подвели к краю ямы следующую партию приговоренных.
– У меня есть просьба, господин капитан, – вдруг произнес арестант.
– Гото-овьс-сь! – скомандовал субтильный лейтенант.
– Ты не хочешь выслушать, что он скажет? – посмотрел на приятеля Гемприх-Петергоф.
– Что у тебя? – раздраженно спросил Грюнвальд.
– Развяжите мне руки, господин капитан. Не хочется престать перед господом со связанными руками.
– Отставить… Развяжите ему руки, – распорядился капитан.
Юркий полицай подскочил к арестанту и, чиркнув ножом по веревке, отскочил в сторону. Белобрысый растер затекшие запястья и, расстегнув накладной карман, вытащил из него какую-то бумагу и крепко зажал в ладони.
Грюнвальд протянул майору флягу с ромом. Тот благодарно принял ее, отпил большой глоток и, возвращая флягу, произнес:
– Неплохой ром.
– Это сержант Аверьянов, он главный инициатор побега. Хотели расстрелять на месте, но все-таки решили сделать это перед строем. В назидание остальным.
– Как же вы его так просмотрели? – удивленно спросил Вильфред.
Солдаты айзацкоманды, повинуясь приказу офицера, послушно побросали недокуренные сигареты в притоптанную траву и вытянулись в короткую цепь напротив приговоренных.
– Не ты первый задаешь этот вопрос, – ответил майору Грюнвальд.
Неожиданно к белокурому красноармейцу подошел крепкий коренастый полицейский из вспомогательной группы и что-то энергично проговорил. Выслушав короткий ответ, он слегка хлопнул его по плечу и отошел в сторону.
