Немецкая диверсионная группа высаживается в Вологодской области. Её командир — бывший советский сержант Михаил Аверьянов, уроженец этих мест. Притворяясь преданным нацистам, он замышляет искупить свою вину и предать врага. На родной земле развернётся опасная игра шпионажа и предательства.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Искупление вины»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Немецкая диверсионная группа высаживается в Вологодской области. Её командир — бывший советский сержант Михаил Аверьянов, уроженец этих мест. Притворяясь преданным нацистам, он замышляет искупить свою вину и предать врага. На родной земле развернётся опасная игра шпионажа и предательства.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Немецкая диверсионная группа высаживается в Вологодской области. Её командир — бывший советский сержант Михаил Аверьянов, уроженец этих мест. Притворяясь преданным нацистам, он замышляет искупить свою вину и предать врага. На родной земле развернётся опасная игра шпионажа и предательства.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вышлем на всю группу «военные билеты», продовольственные аттестаты и командировочные удостоверения. В грузе будут баварские сосиски, так вам полюбившиеся, сало, копченое мясо. И еще кое-какие угощения. Петергоф».
– Вижу, что ценят, – прочитав текст, довольно хмыкнул капитан. – Сосисками-то угостишь?
– Обязательно, товарищ капитан!
– Нужно доложить майору Волостнову. Отведи Аверьянова обратно в камеру, – сказал Елисеев красноармейцу, стоявшему в дверях.
Затем аккуратно уложил листок в конверт, тщательно его заклеил и, проставив печать, вышел из радиоотдела.
Глава 16. Ближняя дача Сталина
Апрель 1942 года"
"Шлагбаум приподнялся, и машина маршала Тимошенко въехала на территорию Ближней дачи. Семен Константинович машинально посмотрел на часы, время было 22.45 минут, значит, он приехал к Верховному на пятнадцать минут раньше назначенного времени. Прошел мимо охраны, энергично отдавшей ему честь, и направился в сторону высокой двери, обитой коричневой кожей, за которой размещалась небольшая приемная товарища Сталина.
Потянув на себя медную дверную ручку, Тимошенко вошел в приемную. У окна за небольшим столом сидел секретарь Поскребышев.
Во всякое время на столе у Поскребышева находилось огромное количество бумаг, сложенных в высокие стопки. От самой двери сооружение из папок напоминало руины какого-то древнего средневекового замка. Привычно было видеть голову секретаря, склоненную над бумагами, и его руки, без конца перелистывающие страницы или что-то писавшие. Не отрываясь от прочтения документов, Поскребышев отвечал на многочисленные телефонные звонки. Чаще всего ответы бывали по-деловому краткими или односложными, после чего, не прощаясь, он клал телефонную трубку. Невольно возникала мысль, что Поскребышев никогда не встает со своего стула. Что-то откладывал, определяя первоочередность, что-то быстро подшивал, затем, взяв очередную папку под мышку, относил ее Сталину на подпись.
Увидев подошедшего маршала Тимошенко, он дружески кивнул на его приветствие и произнес:
– У товарища Сталина немного разболелась спина. Через несколько минут он вас позовет. Вы посидите пока здесь.
Приемная Сталина была таким местом, где, позабыв про время, могли подолгу просиживать даже маршалы. Понимающе кивнув, Семен Константинович опустился на стул и принялся размышлять, по какой именно надобности его вызвал Хозяин.
Были лишь только предположения…
С декабря сорок первого по январь сорок второго маршал руководил Курско-Обоянской наступательной операцией, однако был отправлен в резерв за ее неудачное осуществление.
