Она уже видела подобное на лице Лео, когда тот был еще совсем ребенком, и, набедокурив, шел с букетом цветов или каким-то другим маленьким подарком извиняться перед матерью.
Руки Гарри обвились вокруг ее тела, прижимая к себе как можно теснее. От него исходил восхитительный аромат, его тело было таким твердым под слоями льна, шелка и шерсти. Прерывистое дыхание Гарри опаляло шею Поппи своим жаром.
Закрыв глаза, Поппи прильнула к нему. Гарри целовал ее шею, продвигаясь вверх к нежной коже под ушком. Теплая волна поднялась от кончиков пальцев и омыла ее до головы. В объятиях Гарри она неожиданно почувствовала себя в безопасности. Их тела хорошо подходили друг к другу: ее мягкость и податливость – его твердость и напряженность. Казалось, что каждый изгиб ее тела был идеально подогнан под мужественные очертания тела Гарри. Она была бы не против постоять так рядом с ним, в защитном кольце его рук, еще совсем немного.
Но Гарри захотел взять больше, чем ему было предложено. Обхватив затылок Поппи, он запрокинул голову девушки назад, чтобы поцеловать ее. Гарри быстро накрыл ее рот своим. Поппи выгнулась и отпрянула от него, еле избежав при этом неловкого столкновения головами.
Лицо девушки выражало отказ.
Ее бегство ошеломило Гарри. Искры гнева вспыхнули в глазах, как будто она обманула его в самом сокровенном.
– Отказ от представлений девственницы оказывается уже забыт.
– Я не считаю, что отвернуться и прервать нежеланный поцелуй – это представление, – отрезала Поппи с преувеличенным достоинством.
– Бриллиантовое ожерелье за один поцелуй – разве это плохая сделка?
Щеки девушки зарделись.
– Я благодарна вам за щедрость, но вы ошибаетесь, думая, что можете купить или обменять на драгоценности мою благосклонность. Я не ваша любовница, Гарри.
– Очевидно, что нет. Так как в благодарность за такой подарок любовница охотно легла бы в постель, где предложила бы мне все, что бы я ни захотел.
– Я никогда не отказывала вам в осуществлении супружеских прав, – ответила Поппи. – Если хотите, я прямо сейчас лягу в постель и сделаю все, что вы пожелаете. Но это произойдет не потому, что вы подарили мне ожерелье, я просто выполню свою часть сделки.
Гарри, далекий от того, чтобы успокоиться, рассматривал жену со все возрастающим гневом.
– Мне вовсе не нужно, чтобы вы лежали на супружеском ложе с видом мученицы, приносящей себя в жертву.
– Почему вам не достаточно того, что я хочу уступить и покориться? – в свою очередь разозлилась Поппи. – Ну почему я должна страстно желать лечь с вами, если вы совсем не тот муж, о котором я мечтала?
Поппи пожалела о своих словах в тот самый момент, как только они сорвались с ее губ, но было уже слишком поздно. Взгляд Гарри стал ледяным.