Автор
В сумерках Лондона 1852 года, молодая Тереза Медейрос испытывает судьбу приближения к благополучному браку. Однако ее планам мешает хищник в подобии собачки, и светлая путь теперь пронизан мрачным намеком. В сумерках она найдет неожиданных защитников и сводит с ума жертвы своими невесомыми решениями....
Ты была обречена на провал с самого начала, так как все эти щеголи посчитали, что им гораздо удобнее взять в жены глупую и покорную девицу. Все, кроме Бэйнинга, который по-настоящему увлекся тобой, и его чувства затмили все другие соображения. И Бог свидетель, я не могу его в этом винить.
Поппи искоса посмотрела на мужа.
– Если я так непростительно умна и красива, что заставило тебя жениться на мне?
– Ну, меня-то не пугает ни твой интеллект, ни семья, ни красота. И большинство мужчин слишком боится меня, чтобы дважды посмотреть в сторону моей жены.
– У тебя много врагов? – тихо спросила Поппи.
– Слава Богу, хватает. И причиняют гораздо меньше хлопот, чем друзья.
Хотя Гарри был абсолютно серьезен, Поппи нашла это утверждение очень забавным. Вдоволь насмеявшись, она остановилась, обхватив ладонями его лицо и повернув к себе.
– Я нужна тебе, Гарри.
Он встал перед ней, склонив голову.
– Я знаю это.
Пение чеканов где-то над ними заполнило тишину, их чириканье было похоже на постукивание друг о друга небольших камушков.
– Я хочу тебя кое о чем попросить, – сказала Поппи.
Гарри терпеливо ждал, пристально вглядываясь в нее.
– Мы можем провести несколько дней в Гемпшире?
Гарри насторожился.
– С какой целью?
Она слабо улыбнулась.
– Это называется ""отдыхать"". Ты когда-нибудь брал отпуск?
Гарри покачал головой.
– Не уверен, что найду, чем занять себя.
– Можно читать, гулять, пойти утром на рыбалку или охоту, нанести визит соседям, осмотреть местные руины, пройтись по магазинам в городе.
– Согласен, – немедленно отреагировал он.
– Мы можем задержаться здесь на две недели?
– Десять дней.
– Одиннадцать? – с надеждой отозвалась Поппи.
Гарри вздохнул. Одиннадцать дней вдали от ""Ратледжа"". В обществе новых родственников. Он хотел с ней поспорить, но был достаточно умен, чтобы не рисковать только что достигнутым взаимопониманием.
И все же... одиннадцать дней.
– Почему бы и нет? – пробормотал он. – Скорее всего, я сойду с ума уже на третьи сутки.
– Ничего страшного, – удовлетворенно заметила Поппи. – Здесь никто этого не заметит.
