Автор
В сумерках Лондона 1852 года, молодая Тереза Медейрос испытывает судьбу приближения к благополучному браку. Однако ее планам мешает хищник в подобии собачки, и светлая путь теперь пронизан мрачным намеком. В сумерках она найдет неожиданных защитников и сводит с ума жертвы своими невесомыми решениями....
– Как сквозь землю провалился, – устало проговорил Джейк Валентайн, опускаясь в кресло в номере Ратледжей и принимая чашку чая из рук Поппи. Он окинул ее измученным взглядом. – С отелем никаких неприятностей? Я еще не видел отчеты управляющих...
– Я просмотрела их утром, – небрежно ответила Поппи, понимая, что Гарри хотел бы, чтобы его предприятие функционировало, как обычно. – Меня это немного отвлекло. С отелем нет никаких проблем. – Она потерла лицо обеими руками. – Никаких, – надломленно повторила Поппи, – кроме того, что Гарри пропал.
– Его найдут, – сказал Валентайн. – Скоро. Быть такого не может, чтобы его не нашли.
Их беседу прервал вошедший в номер Лео.
– Не расслабляйтесь, Валентайн, – сказал он, – только что доставили вести с Боу-стрит: у них есть, по крайней мере, трое мужчин, выдающих себя за Гарри Ратледжа, и пришедших вместе со своими ""спасителями"". Все они предположительно мошенники, но, полагаю, нам в любом случае стоит взглянуть на них. Возможно, у нас будет шанс переговорить с констеблем Хембри, если он там.
– Я тоже иду с вами, – заявила Поппи.
Лео мрачно посмотрел на нее.
– Ты бы не просилась идти, если бы знала, какие толпы подонков ежедневно проходят через эту контору.
– Я не прошу, – сказала Поппи. – Я говорю тебе, что ты не пойдешь туда без меня.
Лео рассматривал сестру пару минут, а затем вздохнул.
– Захвати плащ.
Суд на Боу-стрит считался одним из главных городских судов Лондона, где расследовались и заслушивались самые громкие криминальные дела.
"Закон о Столичной полиции был принят Парламентом двумя десятками лет ранее и привел к созданию того, что все еще называли ""Новая полиция"". Однако оставалось еще несколько судебных учреждений напрямую не подконтрольных Министру Внутренних Дел, и Боу-стрит входил в их число. Конные патрули и полудюжина сыщиков отчитывались только перед магистратом Боу-стрит. Странно, но конторе на Боу-стрит никогда не давали предписанных законом оснований для применения власти.
Казалось, это ни для кого не имело значения. Если требовался результат, за ним шли на Боу-стрит.
Два здания под номерами три и четыре, в которых размещались суд и контора, были невзрачными и неприметными и никак не выдавали скрывающуюся в них силу.
Поппи вместе с Лео и Валентайном приблизились к Боу-стрит. Ее глаза широко распахнулись, когда она увидела скопление народа, толпящегося вокруг здания и вдоль улицы.
– Ни с кем не разговаривай, – сказал ей Лео.
