Словно чьи-то губы нежно поцеловали уголок глаза. Душу окутало тепло, разливаясь непередаваемым удовольствием. Вроде ещё лежу на матрасе, а уже ощущение, что день пройдет просто замечательно.
Одеяло на мне натянулось выше, до самого носа. А большая мужская ладонь скользнула по спине лаская.
Так хорошо стало, спокойно.
В палатке повисла тишина. Поежившись, я всё же открыла глаза и уставилась на задернутый полог.
Ушел... Улыбка медленно сошла с губ. Опять оставил меня одну, хоть раз бы проснуться в его крепких объятьях.
— Не выспалась? — раздался голос сбоку. — Я старался не шуметь.
Вздрогнув от неожиданности, повернула голову и просияла.
Нет, Ярвен никуда не делся, сидел у меня в ногах и, кажется, кроил меховые сапоги. При этом он задумчиво поглаживал Лючи по розовому хохолку и, не жадничая, активно скармливал ей небольшие кусочки сырого мяса из миски. Перед ним на земле лежали две широкие полоски кожи, лисья шкурка и деревянная заготовка под подошву. Взглянув на меня, Ярвен довольно прищурился.
Он явно был в хорошем расположении духа.
— И все-таки я тебя разбудил, — его ладонь прошлась по моему бедру. — Ты так сладко спала, что я не удержался и...
Он не договорил, но я и так сообразила, что меня слегка потискали.
— Я прекрасно отдохнула, мой генерал, и совсем не против твоих вольностей, — вздохнула, наблюдая, как приподнимаются уголки его тонких, твердых губ.
Мой взгляд сместился на щеку мужчины. Шрамы стягивали кожу, кое-где появлялись небольшие сухие трещины и проступала сукровица. И всё равно это ничуть не портило его, но тревожило меня.
— Надо смазать кремом твои рубцы. Ты совсем за собой не следишь, Ярвен.
В ответ он, приподняв бровь, лишь отмахнулся.
— Красивее это меня не сделает, лера.
— А не надо красивее, — возмутилась, не понимая его. — Если уж выбирать между Шимом и тобой, то предпочла бы Ярвена. И я говорила тебе это и не раз. Но это же больно. Трещины начинают кровоточить. К тому же если попадет грязь — начнется воспаление. Нельзя вот так вот всё оставлять! — И тут я вспомнила: — У меня же был крем. Его жрицы варят из ромашки и зверобоя. Он на основе барсучьего жира. Всё смягчает и... И что я тебе рассказываю!
Скинув с себя одеяло, поднялась и полезла в свои малочисленные пожитки. Был у меня во время обряда с собой маленький деревянный флакончик в поясной сумке.
— Астрид, потом, — попытался остановить меня дракон.
Но я не поддалась.
— Знаю я твои «потом», мужчина! Нет уж...
Найдя искомое, обрадовалась, как дитя. Конечно, крема немного, но пока хватит. А дальше можно и с Элой новый сварить. Что богиня Яника зря аж целую ведьму нам послала?!
Надо пользоваться её знаниями.
Открыв пробку, я направилась к своему дракону. Прошлась взглядом по его одежде.