Ночью Москва спит как крепкий сон, и только городской телефон тихо жужжит, словно предвосхищающий будущие проблемы. Майор Андрей Москвитин, верный друг спецслужб, пытается пробудиться от утреннего кошмара, но каждый шорох заставляет его возвращаться к недавнему сну. Затем он снова попытался связаться по телефону, и опять только гул безответных звонков....
Только связь с Дахашевым и Батыром и с командиром моего отряда.
— Где станция?
— Вон в футляре на столе!
— Эта станция одна?
— Одна. Можешь обыскать все подземелье.
— Ладно. Будем считать, я поверил тебе. Где пасутся лошади, на которых ты утром должен был отправиться вслед основным силам?
— Вниз по ручью, сразу за поворотом ущелья, справа небольшое пастбище и загон. Там лошади.
— Их охраняют?
— Старый пастух. Он не вооружен!
Москвитин встал из-за стола, снял со стены радиостанцию бандитов, разрядил пистолет и автомат Алиханова, положив в карман затворы.
— И последний вопрос: как незаметно выбраться из развалин и выйти на левый по течению реки склон выше базы метров на сто? Так, чтобы с другого склона я не был виден?
Вопрос диверсанта удивил Алиханова:
— Ты кого-то опасаешься? Уж не Лопыря ли? Ты разве еще не убил его?
— Я задал вопрос и жду на него ответа.
— Сделать то, что ты хочешь, невозможно. Среди развалин укрыться еще можно, но дальше незаметно от наблюдения сверху не уйти. Сам видел, какое здесь дно.
— Что ж, это тоже ответ. Пришла пора прощаться, Ильяс.
Алиханов застыл в нервном ожидании, проговорив:
— Прощай, майор.
— Угу! Тебе того же.
Москвитин чуть приподнял винтовку и дважды выстрелил. Две пули перебили ноги бандита. Он взвыл от боли. Майор тут же прыгнул к стене, рядом с дверью. Он услышал, как на вопль среагировала внутренняя охрана. Она бежала к отсеку главаря. И была уже в нескольких метрах от предбанника, когда туда вышел Андрей.
Вернулся в отсек главаря. Тот сквозь пелену в глазах, корчась от адской боли в раздробленных коленях, процедил:
— Ты же обещал, сука!
Москвитин, не обратив внимания на ругательство, удивленно спросил:
— Разве я нарушил данное тебе слово? Ты жив, твоя семья с этого дня в безопасности, ну а о чьем-либо здоровье мы разговор не вели. Так что все, что обещал, я выполнил.
Майор извлек из брюк боевую аптечку, вытащил из нее шприц-тюбик с обезболивающим препаратом, кинул его бандиту:
— Держи! На несколько часов боль покинет тебя! И поторопись убраться отсюда на поверхность. Я намереваюсь подорвать арсенал твоей базы!
Ильяс вскрикнул:
— Но как я это сделаю?
Майор указал на лестницу:
— Ручками, ручками, по перекладинам наверх! Все! Живи, если выживешь!"
"У помещения арсенала майор остановился. Открыв дверь, взглянул внутрь.
