Автор
В зале страсти: мощные вздохи и животное безумие альфа-сексуальности сводят тебя с ума. От его пристального изучения каждая твоя часть — от груди до бинтованной талии — становится предметом его молчаливого наблюдения, создавая невообразимую атмосферу нереальности и напряжения....
Я попыталась резко сесть, но тяжелая рука тут же прижала меня обратно к постели.
Открыв глаза, я увидела в предрассветных сумерках, что Помпей тянулся через меня к смартфону на подлокотнике. Мы по-прежнему были на том же диване, и, судя по всему, по-прежнему обнаженные.
— Слушаю. — голос альфы звучал более грубо после сна, когда он ответил на звонок.
Сердце хотело вырваться из груди из-за паники, которую я сейчас испытывала. Поэтому, пока альфа отвлекся, я просто свалилась с дивана на пол, и, забрав с собой одеяло, выбежала из комнаты.
"Найдя ванную, я дрожащими руками захлопнула дверь и с тихим стуком прислонилась спиной к ней, ударившись затылком.
Черт. Черт. Черт.
Меня трясло от осознания того, что вчера произошло. От адреналина в венах и стыда. Это же Помпей. Черт побери. Черт.
В этой ванной комнате были очень большие зеркала. Поэтому, увидев их, я сбросила с тела одеяло и подошла к раковине, опираясь на нее и, наклонившись, посмотрела на свое отражение. Я видела, как у меня расширились глаза, когда прикоснулась пальцами к десяткам отметин, оставленных на моем теле.
Сумасшествие.
На бедре была отчетливо видна пятерня из синяков. Вот почему оно так болело.
Так или иначе, кожа было чистой, словно кто-то вчера позаботился о том, чтобы протереть меня салфетками.
Плевать.
Я нервно дернула один из ящиков. В нем лежали обычные чистые мужские футболки, и, вытащив одну из них, я натянула ее на себя.
Симптомы течки по сравнению со вчерашним днем, отступили. Я понимала, что она еще не закончилась, но я провела всю ночь в тесном контакте с альфой — и, вероятно, этого было достаточно, чтобы она ненадолго утихла. В конце концов, раньше я всегда проводила ее с одеждой Помпея и мне становилось легче.
Поэтому сейчас я начинала сильнее чувствовать боль, оставшуюся во мне после того, как Помпей избил меня в том отеле. Однако, так как в больницу мне было нельзя, я просто ее старалась игнорировать.
Не успела я открыть другие ящики, чтобы поискать хоть какие-то штаны, как дверь в ванную распахнулась, и я, обернувшись, увидела на пороге альфу.
Он уже надел на себя темные штаны, оставшись с обнаженным торсом. Волосы были небрежно убраны назад.
