Автор
В зале страсти: мощные вздохи и животное безумие альфа-сексуальности сводят тебя с ума. От его пристального изучения каждая твоя часть — от груди до бинтованной талии — становится предметом его молчаливого наблюдения, создавая невообразимую атмосферу нереальности и напряжения....
Все же, к сожалению, альфа для омеги много значит. Даже неполноценная близость сумела так много сделать.
Но повторения я не хотела. Вообще надеялась на то, что следующая течка будет не скоро. Или вообще больше никогда не случится. Хотя, сбитый цикл прекрасно давал понять, что она могла наступить хоть завтра. Это до ужаса нервировало.
— Я постараюсь помочь найти того, кто сдал тебя копам и того, кто написал сообщение с моего телефона. Я надеюсь, что ты так скорее отпустишь мою стаю.
— Чем же ты сможешь помочь?
— Пока что не знаю, но я готова к сотрудничеству с тобой.
Помпей еле заметно кивнул, но ничего не сказал. Опять посмотрев на экран своего телефона, он начал что-то там листать. Кому-то писать. Явно занимался какими-то своими делами."
"Я же легла на диван и посильнее укуталась в одеяло. Думала о своем. О том, что могло помочь в этом расследовании. Еще вспомнила про Вавилона и про нашу метку. О том, что делать с ней, я не имела ни малейшего понятия.
Незаметно для себя я заснула.
Помпей сидел на все том же кресле, словно за всю ночь не сдвинулся с места, и неотрывно смотрел на меня. Вернее, на мои ноги.
И, дьявол, мне его взгляд не понравился.
— Почему ты так смотришь на меня? — я нервно укуталась в одеяло. Пока спала, сбросила его с себя.
— Пытаюсь принять то, что мой брат оказался моей женщиной, — его голос был хриплым. Помпей точно не спал всю ночь. Сейчас казался очень задумчивым.
«Моя женщина» — я и это не стала комментировать. Хоть и очень хотелось. Или же… Почему бы и нет? Совсем немного.
— К твоему сведенью — я парень, — сказала, ворочаясь в одеяле. — Тело у меня женское, но меня растили всю жизнь, как парня.
— Испытываешь желание к девкам?
— А? — я не ожидала такого вопроса.
— Хочешь ли ты секса с девками?
— Нет, — ответила мгновенно. — Я вообще… не испытываю ни к кому желания.
— Неужели? — Помпей усмехнулся. — От моего члена ты текла, хоть я тебе даже не вставил.
Щеки полоснуло стыдливым румянцем и я уже пожалела о том, что начала этот разговор.
— Ты говоришь бред. Тебе показалось.
— Ну, давай повторим и точно убедимся, — Помпей начал расстегивать свой ремень, а я тут же выставила руки вперед.
— Не нужно, — прозвучало жалко. Так, словно я умоляла. — Я… Это были просто омежьи инстинкты.
— И о чем же они говорят?
Я отвечать не стала, но, проклятье, мое молчание было слишком явным.
