Автор
В туалете дверь резко открывается, и на пороге появляется бешеный взгляд — это выстрел из памяти несет с собой гнев и тревогу. Тело словно обливается кипятком, каждый клеточей оно воспринимает напряжение момента, а затем — жар, судорожный вдох, от которого хочется закричать от боли... Чем завершится эта тихая пристрелка?...
На их вопросы не отвечал, явно не считал это нужным. Да и вопросы задавал только Война. Чума молча слушал своего лидера.
Их разговор был не долгим, но лично для меня напряженным, поэтому, когда Вавилон сел в свою машину, я с трудом сдержала вопрос: «О чем вы разговаривали?».
Вместо этого я поинтересовалась:
— И что дальше? Если с тобой будет Война и Чума, значит, судя по всему, с Помпеем — Голод и Смерть. Их присутствие наталкивает меня на мысль, что встреча с Помпеем будет не простым и легким разговором.
— Мне не нравится, когда ты задаешь вопросы. Каждый раз, когда ты это делаешь, мне хочется вырвать тебе язык, — Вавилон не отрывал взгляда от дороги, но то, пренебрежение с которым он разговаривал со мной, ощущалось отлично.
А ведь только двадцать минут назад он закрыл меня от Войны. Хотя, в принципе, мог позволить ему что-нибудь сломать мне.
— Какую роль в этом всем я должен исполнять? — решила спросить. В машине было холодно, а одежда еще не высохла, поэтому я заледенела, но старалась не дрожать.
— Ты молчишь и делаешь то, что я говорю. Ты рядом со мной до тех пор, пока метка не исчезнет.
— Есть варианты, как ее снять?
— Пока что нет.
Естественно, вариант переспать ни он, ни я, не рассматривали.
Отвернувшись к окну, я иронично подумала о том, что как омега я теперь целиком и полностью принадлежала Вавилону.
Вот не просто так омег держали в полной изоляции от других людей. Их перевозили в тонированных машинах, выбирали самые безлюдные маршруты и запрещали выходить из дома альф, к которым их на год доставили.
Это все из-за того, что омега случайно могла встретить альфу, с которым у нее возникла бы такая метка, как у меня с Вавилоном, из-за чего государству пришлось бы на год передать омегу такому альфе, так как без секса с ним метка не снимется и омегу не смогут передать другим.
Вот и получается, что если сейчас меня раскроют, государство в первую очередь доставит меня именно Вавилону.
И будет не важно подавал он заявку на омегу или нет, и каким по очереди должен быть. Меня просто втолкнут в его особняк и зачитают закон, по которому я на год буду принадлежать ему.
Одна мысль об этом вызывала дрожь.
Примерно через полчаса мы выехали за город. Еще немного проехали по пустующей трасе и пересекли часть леса, после чего остановились на хорошо протоптанной поляне.
Я знала эту территорию.
