Эйлин/Есения чувствовала себя окружённой пламенем, словно её кожа горела от ярости и страха, когда Кадан Гард внезапно вмешался. Её руки дрожали, готовясь к ближайшему столкновению, хотя внутри всё сжигала надежда на победу. Это была испытательная точка перед величайшим противостоянием....
А деньги положить в банк. Я уже разузнала, где можно получить неплохой процент! А там и думать — что делать дальше. Лишь бы у вас с Айне жизнь наладилась!
— Стать леотой того, кто мне омерзителен, это не та жизнь, о которой я мечтаю.
Конечно, сейчас я имела в виду Кадана Гарда. А уж о притязаниях Двэйна Ардера Броне лучше не знать.
— Мечты! — всплеснула руками “матушка”. — Ты ещё можешь говорить о мечтах — в таком-то положении! Нас скоро пустят по миру. И мы должны действовать на опережение. Завтра к нам приедет тот, кто хочет выкупить все наши убыточные активы.
— Только не говори, что это…
— Ну и что? — сразу возмутилась Брона. На опережение, видимо. — Если Уэн Мактал единственный, кто желает это сделать!
Я встала, отряхивая подол.
— Об этом не может быть и речи! Я поговорю с отцом, и мы решим, что делать! Ты наверняка даже не советовалась с ним!
Брона закусила губу и опустила очи долу. Значит, я права.
— Ему сейчас лучше не волноваться. Сердце… — перешла она к последнему аргументу.
— Когда он узнает, что ты решила отдать его дело Макталу, ему точно станет хуже! Я этого прохиндея с лестницы спущу, так и знай!
А не хватит сил — что вряд ли — спустят мои охранники. Они парни крепкие. Даже сейчас Киф и Лью столи неподалёку, у лестницы. Разговор не слушали, но присматривались. Видимо, чтобы я снова не испарилась.
— А это кто? — Брона на них покосилась. — Такие лбы! За какие деньги я их кормить буду?
— Дорх Ардер выделил средства на их проживание на всё время, пока я буду здесь, — парировала я.
Конверт с деньгами для всей моей “свиты”, Двэйн тоже отдал мне — правда, через служанку. Видимо, чтобы мне не пришло в голову отказаться и от них. Но тут у меня вопросов к претемнейшему не возникло. Зря он волновался.
— Постой-постой! — не поняла Брона. — Почему дорх Ардер, а не Кадан Гард?
Не ответив, и последний раз взглянув на пристыженную “матушку”, я отправилась в комнату к Молану.
Тот не разлёживал в постели, но из спальни выходил только на балкон. Лекарь рекомнедовал ему не нагружать сердце — оказалось, пока я разбиралась с поездкой, у него всё же случился приступ.
— Наконец ты приехала! — он, кажется, и правда был рад. — Я отправлял письмо! Ты получила? И дорху Ардеру я ответил. Он…
— Когда я уезжала, он, кажется, не получал от тебя никаких писем, — я присела с ним рядом — на соседнее кресло у приоткрытого окна.
