Эйлин/Есения чувствовала себя окружённой пламенем, словно её кожа горела от ярости и страха, когда Кадан Гард внезапно вмешался. Её руки дрожали, готовясь к ближайшему столкновению, хотя внутри всё сжигала надежда на победу. Это была испытательная точка перед величайшим противостоянием....
Он ведь только что был на другом конце гостиной — я видела! Но оказался здесь буквально в три прыжка.
— Вообще я никому танцев не обещала.
Да и танцую, честно говоря, паршиво.
— Я не задержу вас надолго! — Претемнейший прислушался, когда в соседнем зале заиграла новая мелодия. — Как раз, что нужно!
— Что? — только и успела возмутиться я.
Моя ладонь оказалась в жарком плену его пальцев — и Двэйн настойчиво повёл меня прочь. А Кадану только и осталось, открыв рот, проводить нас взглядом.
В полном молчании мы дошли до зала, по которому уже кружились несколько пар.
Слишком близко! Я на мгновение даже в панику впала!
— Наконец-то я добрался до вас. Честное слово, меня на королевских приёмах так не осаждали, как тут! — шутливо пожаловался он. — В конце концов, об упущеном танце с вами я жалел с того вечера в Гитморе…
— Пустые переживания, — выдохнула я, пытаясь подстроиться к мелодии и шагам партнёра.
И в подтверждение собственных слов, чётко и сильно наступила ему на ногу. Глаза Двэйна на миг замерли, дёрнулись желваки, но он только улыбнулся на мою неуклюжесть.
— В любом случае, мне и моим туфлям будет что вспомнить…
Он чуть склонился к моему лицу — а я подалась назад.
— Как хорошо, что мне не придётся танцевать с вами слишком часто.
— Зато вам придётся со мной работать! — парировал Двэйн. — Гораздо плотнее, чем раньше.
Я вспомнила разговор Двэйна с Уэном Макталом — и мне стало нехорошо.
— Не каждый выдержит разговоры с вами.
— На то и расчёт, — слегка кровожадно улыбнулся претемнейший. — А сейчас я просто хочу потанцевать.
Он тихо охнул, когда я снова наступила ему на ногу. Ну ничего не могла с собой поделать! Танцы это не моё.
Мы молча кружились по залу — и постепенно мелкие тревоги в душе улеглись. стало даже как-то уютно в больших руках Привратника. Не знаю, о чём он думал — а у меня в голове было совершенно пусто.
