В дверях дома они столкнулись с неожиданным решительным отказом от предложенного пути решения проблем. Мужчина недовольно вспоминал свою легкомысленную рекомендацию к специалисту, а молодая женщина пыталась его убедить в том, что это был доверенный источник. Внезапное противостояние выявило нешуточную суть исходящей от дома таинственности и неловкость их собственных действий....
Но никак не выступать против самой системы и тем более не подставлять следователя. Вы ведь опытный человек, господин Дронго, и прекрасно понимаете, как сложно будет работать адвокату, если он попытается использовать подобные приемы. Мы всегда закрываем глаза на такие вот мелкие грешки следователей. Они, в свою очередь, не замечают некоторые наши нарушения. К обоюдной выгоде. Только не нужно читать мне нотации по поводу испорченности нашей правоохранительной системы. Если вы думаете, что в Америке или во Франции нет ничего подобного, то, безусловно, ошибаетесь.
— Просто открытый урок откровенного цинизма, — с усмешкой проговорил Дронго.
— Вы же умный и очень опытный человек, — продолжал адвокат. — Вам прекрасно известно, что практически все уголовные дела раскрываются не умными следователями, а агентурой. Эти люди сдают своих подельников, поставляют нужную информацию. Просто об этом никто и никогда не напишет и не скажет. Следователи подтасовывают нужные доказательства, уголовный розыск задерживает подозреваемых с помощью своих агентов, а прокуроры и судьи закрывают на все глаза.
— Спасибо за наставление, — не скрывая сарказма, произнес Дронго. — Итак, в результате дело вернули на доследование. А теперь Вавилов нашел свидетеля, который видел, как Хасмамедов бросил оружие на пол. Хотя ваш подзащитный и утверждает, что не трогал пистолета.
— Это уже не имеет принципиального значения, если даже он трогал оружие. В материалах дела будет указано, что гражданин Хасмамедов пытался помочь Монахову, — пояснил Арутюнян.
— В таком случае вы должны предъявить суду настоящего убийцу, — вставил Вейдеманис.
— Именно поэтому я с такой радостью и готовностью согласился вас принять, — сказал Арутюнян.
