Тенистый полутон и игриво поднял темные локоны девушки, любуясь спокойными водами реки. Его тёплое прикосновение заставило юбку девушек затрепетать, словно она ждала неизвестного приключений. Зябко передернув плечами, Леся чувствовала себя неловко в легком наряде, который явно не подходит к первым осенним холодам. Время от времени надежда на более теплую и мягкую зиму приоткрывалась перед их глазами....
Ей так надоело плакать из-за их встреч!
- Не сердитесь на него сильно, Леся Павловна. - Юра бросил в ее сторону неуверенный взгляд, но тут же опять вернулся к наблюдению за дорогой. - Я не знаю, что случилось. Но Владислав Олегович сам не свой, с тех пор, как вы ушли. Он с ума сходит, и вокруг всех изводит...
Леся не хотела слышать про него, вообще ничего не хотела знать. Она замотала головой, так и не отняв ладони от глаз.
- Он меня выгнал! Он сделал все, чтобы я ушла! Так что не надо мне рассказывать, Юра. Я не хочу знать, как ему тяжело! Я не верю! - Ужасно, но она продолжала всхлипывать, даже говоря это все.
Юра замолчал. Впрочем, в машине недолго раздавались только ее всхлипы.
- Он каждый вечер сидит в вашем кресле на веранде, иногда всю ночь, и курит. Он стал гораздо больше курить. И с Корсаром разговаривает, советуется.
Даже сквозь слезы Леся хмыкнула. Как-то сложно было представить себе Влада ""советующегося"" с овчаркой.
- Нашел с кем советоваться, - сквозь слезы выдавила она, покачав головой.
- Не с кем, Леся Павловна. Он же никого, кроме вас к себе не подпускает. Кроме вас у него никого и нет...
- И меня у него нет! - Леся резко прервала водителя, ощутив внутри отголосок той злости, которую разбудил этот вечер. - Я ему мешала!
Она зло скомкала салфетку в руках и опять всхлипнула.
Юра вместо ответа сочувствующе посмотрел на нее в зеркало заднего вида.
Почему-то это послужило последней каплей.
Дурацкий вечер! Дурацкое шампанское, это из-за него у нее никак не выходило успокоиться!
Леся закусила губу и опять потянулась к сумке. У нее всегда с собой было успокаивающее, чтобы самой не волноваться перед эфирами, или успокаивать особо впечатлительных гостей перед съемками. Выдавив одну таблетку, она сунула ту в рот и запила водой, которую всегда возила в машине.
Юра молча наблюдал за ее действиями.
Леся уставилась в окно, почти не видя того, мимо чего они проезжали. Отчего-то перед глазами встала эта картина -- Влад, сидящий ночью на веранде.
С силой сжав зубы, чтобы опять не начать рыдать, Леся закрыла глаза и откинулась затылком на подголовник спинки. Она не будет об этом думать. Не будет. Не будет. Никто не виноват в том, что он одинок. Только сам Влад.
