Не отдавая себе отчета, я бросилась вперёд, выставив вперед магический диск и отпуская его к храмовнику. У толстяка подкосились ноги, и он рухнул вслед за бедняком, распластавшись на каменной мостовой. Подхватив юбки, я подбежала к одноногому калеке, чтобы помочь подняться.
Но едва глянула ему в лицо, отшатнулась в ужасе. Это лицо мне было хорошо знакомо. Генерал Вицлак при моём отце возглавлял охрану дворца.
– Ваше высочество, – пробормотал Вицлак, опуская глаза, – я не смею вас касаться и принимать вашу помощь.
Что за глупости? Мотнув головой и боясь выдать эмоции, помогла ему встать. Едва вернув равновесие, бывший генерал подхватил костыли и торопливо зашагал прочь. А я, растерянная, смотрела ему вслед. Окликнуть? Плохой вариант. Я не смогу обеспечить ему должную защиту в нынешнем положении, а его заточения или тем более казни мне бы хотелось меньше всего.
– Ваше высочество, – прошипел священнослужитель в белой рясе, подпоясанной пеньковой верёвкой. – Должно быть, вы случайно задели меня, когда пытались помочь этому грязному горожанину?
– Не заметила, чтобы его одежда была чем-то испачкана, – резко ответила, всё ещё провоая глазами ушедшего калеку.
– Одежда, может, и чиста, а вот аура – чернее ночи. Её нужно было очистить.
О, кажется, я уже слышала подобное от Джули. Посмотрев на священнослужителя, лицо которого выражало презрение и гнев, я хмыкнула.
– Так очистили бы. Или ему нечем было заплатить такому достопочтенному храмовнику? С каких пор боги стали принимать в качестве даров исключительно золото? А как же молитвы?
– Боги всегда любили золото.
– Боги или вы? – уточнила, но в этот момент Джули дёрнула меня за руку.
Низко поклонившись священнослужителю, фрейлина запричитала:
– Ваше высочество, нам уже пора. Колесо поменяли, пойдёмте в карету.
Джули буквально потащила меня, но я скинула её руку. Девушка недовольно посмотрела на меня, но, опомнившись, сделала бесстрастное лицо. Мне не терпелось высказать ей всё, но я понимала, что не время и не место.
Колесо действительно поменяли, и мы двинулись дальше, к особняку графини. Я всё ещё держала наготове заклинание. Облик бывшего генерала стоял перед мысленным взором, я в любой момент ожидала атаки. Что если он не обычный опустившийся бродяжка, а шпион оппозиции? Той самой, которая напала на меня. Что если меня пытались не убить, а похитить? Ещё и эти записки… А ведь Ямин подкинул хорошую мысль, что это могли быть доброжелатели, которые пытаются уберечь меня от брака с Роффе.
Как же всё запутано! И я намного слабее, чем хочу о себе думать. По сути я ребёнок, выращенный в тепличных условиях особняка айлины Кифаи.