Приплыли! Что происходит?
— Малыш, я больше не буду! — доносится откуда-то издалека извиняющийся шепот Марка, и он наглаживает меня по животу, опуская на мягкую поверхность. Кровать, кажется. Ага, с ребеночком решил поговорить? Тиран и изверг! Пошел к чертовой бабушке!
Ладонями решительно упираюсь в рельефный пресс и пытаюсь оттолкнуть, но горячие губы накрывают мои, лишая возможности сопротивляться. Поцелуй выходит мокрым, соленым, и я всхлипываю в любимых руках, пока дракоша ласкает мое тело, извивающееся в его руках. Совсем озверел мужик, урок бы ему хороший преподать, берегов не видит!
— Девочка моя, умоляю, прости! — извиняюще хрипит на ухо и прижимает к себе. — Никогда, слышишь никогда больше не …
Мне сложно дышать, потому что очень жарко. До невыносимой степени. Прямо чувствую каждой своей клеточкой, как в животе полыхает и это не имеет никакого отношения к сексуальному возбуждению. Ребенок! Кажется, малышка злится … и не слабо! Девочка бомба будет, точно вам говорю! А это она ещё на свет не появилась, искорка моя…
Да, я тоже в праведном гневе! Плохой папа! Очень-очень плохой!
— Мои маленькие, — Марк касается губами животика, а ладони нежно-нежно гладят по попе. — Я так вас люблю.
И понятно, что сейчас он говорит это и мне, и нашей крошке. В груди щемит и дыхание перехватывает. Черт побери, нельзя быть таким милым и жестоким сразу!
Самое интересное, ну за что вот? Ничегошеньки не сделала! Подумаешь, встала между Евой и драконихой, а потом чуть под раздачу не попала! Ладно-ладно … на полном серьезе заявила, что иду за Матильдой Решетовой в Заснеженную долину. Но разве это преступление? Бить сразу надо, да? Ишь руки распустил, вот и получай теперь холодную войну в ответочку…
Марк тесно переплетает наши пальцы и целует каждый миллиметр кожи. Фига, его переклинило. Штырит и не по-детски! Правильно, пусть помучается, да детка?
Впрочем, малышка уже вовсю мурлыкала и папочку явно простила. Волны тепла накрыли сладкой негой, оказывая на меня успокаивающее действие. Глаза сами собой закрываются и почти проваливаюсь в сон.
— Как мамочка? — тихонечко шепчет мужчина, легонько прижимая ладонь к животу. — Я больше ее не обижу, крошка. Даю слово. Только давай с магией дракона аккуратно, нашу маму беречь надо, хорошо?
Муж вытянулся рядом со мной и я уткнулась лицом в тяжело вздымающуюся грудь. Сердце Марка бешено и тревожно колотилось, выдавая его по всем фронтам.
— Простишь? — шепнул на ушко.
