— Замужем за драконом.
— Прежде ты о нем слышать ничего не хотела. Что тебя мучает?
— Боюсь, он-то обо мне не забыл.
— Не забыл, — с лукавой улыбочкой подтвердил мои опасения дракон и едва ощутимо провел пальцем по рваной линии шрама, вызывая на коже щекотку.
Дернув плечом, растолковала его слова по-своему:
— Ты говорил с генералом Нейманом?
— Генерал из императорского рода — твой муж?
— Какая разница, если мы больше никогда не увидимся. — Выпалила, не задумываясь, и утонула в выплеснутом из Нэда шквале темной магии и недовольства.
Такое со мной прежде случалось только, когда рядом был Демиан. Наше прощальное свидание в присутствии Императора по-прежнему отзывается в душе сильной болью и напоминает, как правильно я поступила — бежав из его замка и из его когтистых драконьих лап.
— Не будем портить друг другу утро, — спустя паузу предложил мужчина, лаская мой шрам шершавыми подушечками пальцев, — идем лучше завтракать?
Совместная ночь с драконом требовала осмысления и желательно на свежую голову. Пока же я была под воздействием драконьих чар и пережитого удовольствия, и все происходящее воспринимала, как невероятный волшебный сон.
За завтраком мы вели себя как обычно.
Вернее, я старалась не выдавать собственных сумбурных чувств, а еще боролась с последствиями первой в жизни близости. Живот немного побаливал, зато тело, объятое мурашками, парило над облаками. Нэд поглядывал на меня с прищуром, был немногословен и постоянно к чему-то принюхивался.
Делая вид, что не замечаю его нетипичного поведения, после завтрака вернулась к уборке кухни, а он, накинув на мускулистый торс рубаху, отправился на задний двор доводить до ума поломанные постройки.
После обеда мы решили проведать книжную лавку. Речи о её восстановлении, естественно, не шло. Я просто хотела забрать наиболее ценные экземпляры и установить на помещении дополнительную защиту.
По обыкновению переплетя наши пальцы вместе, не думая скрываться от жителей приграничного городка, дракон отправился вместе со мной. Сегодня было солнечно и сухо. Теплый ветер нес ароматы диких трав и близкого леса. Мы покинули пустынные улочки пригорода и вскоре очутились среди оживленного движения и потоков конных экипажей.
Со вчерашней ночи в лавке ничего не изменилось. Осколки разбитой двери и витрины усеивали мостовую, в глубине темнели вывороченный прилавок и горы книг.