Но все же он вывернулся и заскакал угольком по снегу, шипя и чернея на глазах.
А над головой раздался оглушающий драконий рев…
Я подскочила в одинокой холодной кровати. Сердце колотилось, как бешеное, в глазах стояли слезы, а отчаяние сдавливало грудь. Азула рядом не оказалось, но в ванной слышался звук льющейся воды.
— Азул… — позвала я."
"Мне было плохо и страшно, хотелось прижаться к нему, чтобы согрел, успокоил. Постель им не пахла — не приходил ко мне? Где он был всю ночь?
Не дождавшись, я кое-как поднялась на ноги, пошатнулась.
Тело болело, будто я в самом деле полночи бегала по лесу. Постучавшись, я открыла двери.
Азул стоял под душем, прикрыв глаза и упираясь руками в стену. На меня он не обратил никакого внимания.
— Азул, — шагнула осторожно внутрь, обхватывая себя руками, — что случилось?
Он медленно выключил воду и повернул голову. В его глазах стояла непроглядная тьма, взгляд на секунду коснулся меня, и захотелось рвануть от него подальше. Я смотрела, как он вылез и, не вытираясь, прошел мимо.
Последовала за ним, как во сне.
— У меня… проблемы, — наконец, выдавил он, тяжело опускаясь на кровать, а у меня в груди все сжалось от обиды:
— Что случилось?
— Сегодня совещание, — тяжело выдохнул он, неприязненно поморщился и прикрыл глаза. — Будем принимать решения относительно Востока…
— Ты поэтому на меня не смотришь? — еле выдавила я из-за ставшего в горле кома. — Что я сделала? Что не так?
Его взгляд на миг вспыхнул, но снова угас:
— Дай мне время, — опустил он голову.
— Время? На что?
Он вцепился пальцами в простыню, а по комнате разлетелся сладковатый запах прогорающей ткани.
— Чтобы пережить все это…
Таким я его еще не видела. Раздавленным, вымотанным до предела и… сдавшимся.
— Мне что делать?
— Завтракай и собирайся.
Если бы между нами были просто слова… Я уже не различала его эмоции и свои, и это удвоило боль и тянуло камнем вниз. На негнущихся ногах прошла в ванную и взглянула на себя в зеркало. Картинки вчерашнего вечера мелькали перед глазами одна за другой — когда он перестал мне улыбаться, в какой момент?
Когда ехали домой, Азул все еще держал меня за руку, прижимал пальцы к своим губам, думая о чем-то своем… Я так привыкла, что он ловит каждую мою эмоцию и каждый вдох, что не обратила внимания, когда он это делать перестал.
— Оставь меня с Алисой, — вышла я из ванной и застала его посреди гостиной в костюме. — А лучше одну. Я не хочу ехать с тобой.
— Мира, — он, наконец, вымученно поднял на меня глаза.
