Автор
Взгляд был застилён кровавой пеленой: "Истинная!" - тихий шепот разрывал мрак. Она нашла меня сама, выдернув из зверства и… подчиняясь мне. Янтарные глаза сверкали в темноте, а яркое сияние источала руна на её теле. Здесь, среди гор, мир распался на две части: моя и тьма. Пролог открывался в испуганной позе - Раздевайся… мужчина шёпотом приближался ко мне, заставляя скрываться в стенке....
— Отец… не подумав… проклял. За то, что Мир вернул его мне.
А я пыталась запомнить каждое ее слово.
— …Он не должен знать, что вернул его мне… Иначе зверь вырвется. В этом и проклятье…
Откуда-то вдруг послышался глухой стук, и женщина встрепенулась, вскочила, потом улыбнулась так тепло, глядя куда-то в сторону двери:
— …Ой, ну совсем уже твою нареченную и повидать нельзя, экий собственник!..
Тут что-то стукнуло, грохнуло, и в комнату ворвался барс — шерсть дыбом, уши прижаты, уже было кинулся на мать, но та не дрогнула: присела и повернула голову набок, улыбаясь:
— …Какой ты стал… — рассмеялась, обхватывая обескураженное животное за голову.
А я старалась ничего не забыть: Мир говорил об одном проклятьи, которое настигло его из-за убийства матери отцом. Тогда о чем говорила мать?! Мир не должен узнать, что вернул ей отца? Как он мог его вернуть?!
* * *— Аня!
-61-
Возвращение было не из приятных.
— Ничего себе — настоечка… — прошептала хрипло.
— Мир, ты здесь? — Келль был рядом, голос его подрагивал от волнения.
Было понятно, что он беспокоится не о физическом присутствии Мирослава.
— Да, — сдавленно прохрипел он и сжал меня в руках сильней. — А вот она не очень…
— Все нормально, — глаза еще не открывались, снова как после наркоза.
— Я тебе уйду, — рыкнул Мир, чуть сильнее тряхнув меня. — Какого только черта!
— Мир, она не сама, — поспешил вставить Келль.
— Анька… — И Лерка был тут. — Мир, дай мне…
Тут, видимо, произошел обмен взглядами, и я перекочевала в руки друга. А вот он точно знал, что надо делать: сдавил виски большими пальцами, вплел пару реанимационных наговоров и один — отрезвляющий, на всякий… И я открыла глаза.
Хотя сразу же пожалела об этом — надо было прикидываться трупиком и дальше: Мирослав смотрел на меня таким взглядом, которым можно мертвого поднять.
— Вернулась? — уточнил у Лерки. Тот кивнул. — Хорошо, поехали, — отрезал он и рывком поставил меня на ноги.
Лерка с Келлем больше не вмешивались, да и Мирослав не позволял — вылетел со мной из дома, едва позволив одеться, усадил молча в машину и надавил на газ.
— Мир… — позвала я, когда машина выехала за поселок, но он не слышал.
