Автор
В темном здании, где только что завершилась неспешная прогулка по холодной и мутной улице, волна стужи накрывает мужчину. Он погружается в глубокий кожаный кресел с перстнями на пальцах — символами власти. А кругом проникает тихая атмосфера метели и снега, будто окаменевшая жизнь города замерла под молчаливым порывом ветра....
– Хан-на, – рыкнула Линн, беря одну из цветных колб, что попалась ей под руку, – сестрёнка моя, повторяю вопрос: ты что-нибудь мне или Отте подмешивала?
– Больно ты мне сдалась! – недовольно прищурившись, она оторвала взгляд от колбы и случайно вместо одной капли капнула сразу три.
Сизый вонючий дым повалил из колбы, моментально затягивая комнату. Линн, недолго думая, нырнула под стол, а Отталиа бросилась к Ханне в стремлении защитить её."
"Не каждый оборотень был магом, но она унаследовала мамины таланты.
Глухой взрыв раздался в котелке, вместе с тем, как густой дым повалил из-под краёв.
– Это что такое?! – сипло выдохнула Отта.
– Вот, что бывает, когда отвлекают светлые умы от экспериментов! – гордо задрала маленький носик Ханна.
– И кто это у нас тут светлый ум? – медленно выбираясь из-под стола, фырчала Линн.
– Вот ты… ты!.. – возмущённо набрала побольше воздуха в лёгкие самая младшая из сестёр.
– Хватит! – оборвала зарождающуюся перепалку самая старшая, встав между ними и раскинув руки, упираясь ладонями в тяжело дышащих девиц. – Успокоились! Линн?
– Всё в порядке! Я спокойна! – недовольно сверкая карими глазами, она отступила на шаг назад, тщательно отряхивая помявшееся платье.
– Ханна?
– Я всегда спокойна и собрана! Вспыльчивость – характерная черта незрелых личностей! – напыщенно проговорила та, также отступая на шаг назад под звонким смехом Линн.
– Успокоились! – ещё раз проговорила Отталия, устало потирая пальцами переносицу. – Ханна, ты что-нибудь подмешивала мне? Чтобы улучшить мой нюх, к примеру?
По её виноватому взгляду Отта всё поняла.
– О, двуединый, помилуй! – обречённо выдохнула она, пошатываясь и отступая назад.
Линн раздражённо прицокнула языком и вовремя толкнула ей стул, на который старшая сестра обречённо повалилась, пряча лицо в ладони.
– Нет! Ты не светлый ум, ты – тёмный гений! Так умело второй раз подгадить не каждый заговорщик сможет! – подбоченившись, Линн наседала на Ханну. – Мне тоже какую-нибудь гадость подмешала?!
– Да кому ты нужна?! – возмутилась та.
– В других обстоятельствах я бы обиделась, но не сейчас… – побормотала сестра.
