Внутри этого пустого пространства, я растворялась в одиночестве, ощущая безумие на пороге сознания... Только тихий эх смеха скользил мимо невидимой черты, а шепот над ухом заглушался насмешливо-протяжным «Ма-ара, моя Ма-ара». Я пыталась выкрикнуть его имя — но он не отставал. Здесь и сейчас, близко и далеко, его присутствие заставляло меня распаляться до безумия. Его имя звучало как навязчивый крик в глубине сердца....
Хоть, пережив практически свидание с ним (полет, костер, прогулка — все это было замечательно, за исключением нападения утки), я и перестала бояться и противиться общению и страха как такового не было, все равно перспектива этих занятий если не пугала, то обременяла. И было еще одно, что не давало покоя: я не очень понимала, отрицательное ли это волнение или в какой-то момент все и правда пошло в романтику?
Немного раздражающая, скрипящая мелодия риники наконец оборвалась. Чуть растрепанная, но буквально излучающая счастье блондинка и радушный оборотень вернулись к нам.
— Скучаете? — поинтересовался Тай, глянув на пустые бокалы за спиной Эли. Все ее, мои были почти полными, но тоже отставленными. — Что, неужели таких красавиц никто не приглашает?
— А ты пришел спасти ситуацию? — светлая рыжеватая бровь Эли выгнулась дугой, она ехидно усмехнулась и, бросив взгляд на уставшую, но безмятежную и, кажется, немного улетевшую куда-то в свои мечтания, Арину, девушка вдруг подхватила растерявшегося парня за локоть.
— Да… без проблем! — запнувшись на мгновение, с преувеличенной решительностью поддакнул он.
Я неволей улыбнулась, свидетельствуя очередной разворачивающейся комедией. На лице блондинистого ангела все темнее и темнее отражалось осознание, что парня… Крадут! И за ним все сильнее проступала хмурая морщинка на лбу. Эля, поглядывая исподтишка на реакцию Арины, откровенно веселилась, и один только оборотень все еще находился в некотором ступоре и хмурился тоже — растерянно.
За этим шоу можно было смотреть снова и снова без пресности несмотря на то, что в нашей компании частенько то один, то другой пытался внести разнообразие в черепашьих темпах продвигающиеся отношения этих двоих. Это не было чем-то жестким, издевательским, скорее друзьям было как-то тоскливо от знания, что просто так ни один из них не сделает нормального шага — а ведь расстояние между ними было немаленьким. В общем, я бы смотрела и смотрела, но в этот миг о себе дало знать недавно выпитый на дорожку стакан воды.
