Бежать без шанса на жизнь в темном лесу — вот что остается многим. Но у меня есть надежду на то, что хватит сил сбежать от преследователей в этом запертном мире из камня и стекла. Здесь я встречу мужество, неизвестное мне прежде, где истинные связи значат больше всего.
Практически забрали дар и заняли мое место.
Хлопнула дверь внедорожника альфы. Конечно же, Марк был не один. Он был с ней, Луной.
— Дорогой?
Марк продолжал смотреть мне в глаза, прожигая взглядом и вгрызаясь им в тело. Он как будто изучал мое лицо, искал ответы, а потом зарычал и поднял руку… Я закрыла глаза и горько усмехнулась.
Глава 5
Марк зарычал и поднял руку…
Я закрыла глаза и горько усмехнулась…
Но неожиданно он дотронулся до моей щеки и растер пальцами тональный крем. А я удивленно открыла глаза.
— Дорогой?
— Сядь в машину, — тихо, но угрожающе произнёс Марк, даже не посмотрев в сторону Луны.
Он смотрел на свои пальцы и растирал мой тональный крем, который я нанесла на свое расцарапанное лицо, чтобы замаскировать синяки. Дверь внедорожника хлопнула. Луна вернулась в салон автомобиля.
— Ты никуда не уйдёшь, — безапелляционно проговорил альфа и снова посмотрел мне в глаза.
— Уйду. Я — свободная женщина.
— Об этом надо было думать до того, как ты вступила в мою стаю, — ни один мускул не дрогнул на его высеченном, словно из камня, лице.
— Ты не можешь мне воспрепятствовать. Я ухожу, — не менее безапелляционно проговорила я, совершенно не понимая, почему Марк не желает меня отпускать.
Что за бред? Или это тонкие игры в издевательство?
— Выйти из стаи ты, разумеется, можешь, — кивнул мужчина. — Но ты подписала контракт, как ключ, на пять лет. Так что… — повисла долгая пауза, в течение которой я злилась и сжимала кулаки, до побеления костяшек, до хруста в пальцах.
— Зачем? — только и смогла спросить я.
— Я так решил. Ты остаёшься в стае. Через два дня я жду тебя на месте сбора.
— Тебе было мало того, через что по твоей милости я прошла?! — в гневе заорала на него я. — Аннулируй договор! Тебе это ничего не стоит!
— Мне это будет стоит ключа, — альфа даже бровью не повёл и говорил, словно неживой человек.
Чертов робот, вершитель судеб!
— Ты продал меня чёрным собирателям! О какой цене ты говоришь? Я заплачу неустойку!
— В деньгах я не нуждаюсь, — намек был более чем прозрачным.
— Ты не можешь… этого требовать!
— И кто меня остановит? — он дернул уголком губ.
— Убл…, ты не можешь лишить меня дара! — прорычала я и была тут же притиснута им к спортивной машине, словно в капкан.
Альфа поставил руки по обе стороны от меня, а потом, оскалившись прямо в лицо и обнажая клыки, прорычал:
— У тебя слишком длинный язык! Но на первый раз я тебя прощаю.
