— Бэзил, не слишком ли много свинины на ночь, да ещё с картошкой?
— Нет, Сара, наша сегодняшняя экскурсия отняла у меня столько энергии, что теперь придётся так плотно ужинать каждый вечер. — Старик подцепил на вилку кусок мяса и принялся жевать, комично щурясь от удовольствия.
— Это была твоя идея, Бэзил."
"— Ну кто же мог подумать, что мы будем два часа под ледяным дождём плавать вдоль контейнеров и слушать, чем один сухогруз отличается от другого, а потом ещё этот сумасшедший лодочник захочет показать нам, что чувствуют люди в лодке во время шторма, и начнёт раскачивать свою чёртову посудину!
Соня заслушалась, забыла, что держит раскрытое меню, что её ждёт официант, ждёт Зубов.
Настоящий лондонский английский звучал как музыка. На стариков можно было смотреть бесконечно. Они существовали как единый организм. Они прожили вместе лет пятьдесят, не меньше. Ворчали друг на друга, язвили, но было видно, что оба светятся любовью, как молодожёны.
«Мои мама и папа никогда вот так сидеть не будут. Я, наверное, тоже, никогда и ни с кем», — подумала Соня.
Старики заметили её взгляд и одновременно улыбнулись ей.
— Милая молодая леди, — сказал Бэзил, — ни в коем случае не отправляйтесь на экскурсию в торговый порт.
— И не ешьте на ночь свинину с картошкой, — добавила Сара, — если не хотите стать такой толстой и глупой, как этот джентльмен.
— Спасибо, — улыбнулась Соня, — обещаю, что ничего этого делать не буду.
— Какой у вас отличный английский. Вы откуда?
— Из России.
Для Сони было почти чудом, что можно так просто поболтать с совершенно незнакомыми людьми.
Английская пара подняла ей настроение надолго и всерьёз. Ей сразу стало уютно в этой гостинице, в этом ресторане.
— Какие они замечательные, — сказала она Зубову.
— Обычные английские старики. — Он хмыкнул, пожал плечами и обратился к официанту: — Пожалуйста, две порции спаржи с перепелиными яйцами, два ромашковых чая с лимоном и мёдом.
— И все? — изумлённо спросила Соня.
— Конечно. Вы же, кажется, вообще не ужинать сюда пришли, а смотреть, как едят другие.
Вы как будто в театр попали. И чем вам не понравился заказ? Не любите спаржу? Сразу бы сказали, пока не ушёл официант. Давайте, я позову его, вы выберете что-то другое.
— Нет. Не нужно. Откуда я знаю, люблю я спаржу или нет, если никогда её не пробовала?
— Да? — брови его медленно поползли вверх. — За границей не бывали, спаржи не ели. Чем вы занимались тридцать лет?
— Как — чем? Биологией!
— Вы фанатик науки?
— Нет. Не дай Бог.
