Анна медленно открывает глаза и встречает яркое солнце над бескрайним морем. На её лице проступают знаки старческой усталости — глубокие морщины, посеребренные сединой в холщовой рубахе, словно отражение волн на тихом море. Старик, полон тепла и заботы, внимательно следит за ней, готовый поделиться своим жизненным опытом....
Тут уже и я не сдержалась и разревелась в голос. Вместе со слезами тело покидали страхи и пережитые унижения. Я, наверное, никогда не забуду плен, но сейчас я ощущала высшую степень счастья и свободы.
За слезами я пропустила момент, когда к нам подошёл мужчина и произнес:
– Не плачь девочка, все позади. Дай ка я верёвки срежу. – Затем он нащупал рукой веревку на моей шее, я замерла боясь пошевелиться. Но освободитель одним ловким движением перерезал веревку, и откинул ее за мою спину. Потом перешёл к Томасу, и судя по звуку к остальным.
А я впервые после обретения нового тела выпрямилась в полный рост ничем не связанная. Свобода!
ГЛАВА 7
Томас вскочил и направился в сторону затихающей битвы. Я кинулась было следом, но отец Серхио окликнул меня:
– Присмотри за Софией. – Он показал рукой на подростка-девушку, что шла с нами в связке. Да как так то? Я хочу бежать и помогать нашим освободителем, а не сидеть нянькой. Я даже подпрыгнула на месте от несправедливости. Видимо мои эмоции легко читались на лице, потому что храмовник подошёл и взял меня руками за плечи.
– Ты нужна нам здесь. Прошу тебя, будь рядом с Софией. – Он внимательно смотрел мне в глаза и по прежнему держал за плечи. Я сжала зубы, запрокинула голову, а потом всё же пообещала позаботиться о подростке. И только после этого отец Серхио разжал руки, кивнул мне и бросился следом за Томасом, в сторону затихшей битвы.
Я подошла к подростку. Она по прежнему сидела на земле, только терла шею, с которой недавно сняли веревку.
Волосы густые и темные, заплетены в косу до пояса. Глаза миндалевидные, слегка раскосые, прямой нос и четко очерченные губы. Очень, очень красивая!
– Привет София! Меня зовут Анна. Я присяду рядом? – Подросток не ответила, не пошевелилась, продолжая смотреть в одну точку. Понятное дело - шок. Как ей помочь? Я не знала.
Но вспомнила отрывок из книги психиатра, которую читала в свое время. Так вот он описывал случай, как на заре своей головокружительной карьеры помог одной женщине. Она пережила какую-то страшную трагедию, сейчас и не вспомнить. А он просто приезжал к ней каждый день домой, готовил еду и разговаривал. Просто рассказывал как провел день, с кем встречался, о чем разговаривал. Так вот, когда эта женщина вышла из “кокона”, она сказала что её спасли именно эти разговоры.
