Ирэн хмыкнула, — а наложницы?
Якоб снова улыбнулся, вспомнив, что подаренные ему Фетх Али-шахом две наложницы так и живут где-то в Ханидане при посольстве Стоглавой:
— Поверьте, Ирэн, гаремов в Стоглавой не будет, но для Ханидана, после его вхождение в империю, это будет сложнее, чем для Ширванского ханства, и процесс займёт гораздо больше времени.
— А наследник уже в курсе? — всё-таки решила уточнить Ирэн
— Не думаю, — честно ответил Морозов, — я бы знал
— И когда вы ему скажете? — Ирэн хотела понять свою роль во всём этом
Морозов уловил, что спрашивает она не просто из любопытства и задал вопрос, не отвечая на вопрос Ирэн:
— Как вы обо всё этом узнали?
Ирэн усмехнулась и ответила:
— А мне дала поручение императрица, я должна «уговорить» Али -Мирзу на брак с великой княжной.
— Я понял, — задумчиво проговорил Якоб, — не торопитесь выполнять «задание», всему свой черёд. Но теперь, зная всю ситуацию, вы можете брать с собой Али-Мирзу на свои проекты.
— Да, —ответила Ирэн, — и у меня даже будет для него задание.
И таким тоном Ирэн это сказала, что Якобу даже стало жалко Али-Мирзу.
— Ладно, Яша, — тон Ирэн смягчился, — пойдёмте выручать вашего друга от детей, пока они его окончательно не замучили.
И они свернули обратно к дому, чтобы пойти на сторону мастеровых.
После того как забрали Али-Мирзу, который, кстати, выглядел очень довольным, они пошли к Кулибину.
У Кулибина, Якоб и Али-Мирза практически «потеряли» Ирэн, когда она вместе с бородатым изобретателем погрузилась в обсуждение чертежей.
Самой Ирэн нравился этот процесс. Сначала она говорила Кулибину, какое действие должно происходить и на каком этапе, а он уже задумывался над тем, что надо сконструировать, чтобы это действие стало возможным.
Например, в буммашине, как Ирэн предложила называть бумагоделательную машину, должно было быть несколько стадий процесса: сначала надо было сырьё раздробить и растереть, чтобы оно превратилось в жидкую массу, потом сформовать листы, которые необходимо было просушить, затем намотать на рулон или порезать.
Таким образом, Ирэн расписала процесс, и Иван Петрович Кулибин погрузился в расчёты. Можно было ехать в Никольский, Ирэн знала, что теперь Кулибина лучше не трогать, пока он всё просчитает.
Так Ирэн и сказала, ожидавшим её мужчинам, которые с явным облегчением, встретили новость, что сейчас они все вместе поедут в уездный город.
Перед отъездом Ирэн попросила Пелагею обязательно проследить, чтобы Иван Петрович поел, а то ведь забудет.
