Ей так никто пока не рассказал через что этим троим пришлось пройти, если князь Дадиани даже принёс ей клятву рода. Такое возможно, только, если они стояли на самом краю.
Глядя на Давида, Ирэн ещё вспомнила, что бабушка Нино, буквально силой «вытащила» юного князя из дома невесты. Вот, интересно как они переживут расставание. Насколько Ирэн поняла характер Софьи Обуховой, та долго терпеть не станет, и Ирэн была уверена, что князь Обухов уже «пакует чемоданы».
В особняке наместника конечно же был свой повар и Ирэн очень нравилось, как он готовит, но княгине Дадиани каким-то образом и здесь удалось пристроить своего «горного» кашевара, потому что половина блюд за обедом отличалась характерным ароматом и пикантностью. А вот десерты были «местными», что очень порадовало не только Ирэн, но как она успела заметить и Морозова и Забела, хотя они умело это скрывали. По-настоящему наслаждался острой «горной» кухней только Шейх Али-Мирза.
Во время обеда говорили об общем. Ирэн рассказала, что хочет расширяться и думает либо о постройке фабрики на своей земле, либо посмотрит какое-то партнёрство. В черте города места нет, только старые здания, а уже не хочется вписывать фабричные линии, ориентируясь на старые станы. Если уже делать, то так, как положено. Да и с людьми могут возникать проблемы, в городе селится особо негде, а за городом запасы земли большие, можно организовывать целые посёлки.
Рассказывая об этом Ирэн, снова вспомнила о своей идее про школу. Как всё успеть?
Видимо на этой мысли у неё изменился взгляд и Морозов, практически весь обед, не отводивший от Ирэн глаз, спросил:
— Ирэн Леонидовна, с вами всё в порядке?
Ирэн поняла, что лицо удержать не удалось, и решила перевести всё в шутку:
— Почти, Яков Александрович, если бы ещё вы мне передали вон тот эклер, на который хищно смотрит граф Забела, то я буду вполне счастлива.
Забела, услышав своё имя вздрогнул, и Ирэн подумала, что он тоже о чём-то задумался, и уж точно не об эклере.
