Незаконнорожденные девушки Инари и Викки оказываются в элитном пансионате Ордена Магнолии, где их готовят в покровители знатных мужчин. Но вместо того чтобы стать послушными марионетками в игре интриг и государственных тайн, героини решают взять судьбу в собственные руки и бросить вызов...
– Конечно. После бала они переедут.
– Хорошо. Пожелай мне удачи, Гелла, – закусывая губу, попросила женщина.
– Мир с тобой, – складывая руки лодочкой, прошептала директриса.
– Вера в нас, – напоследок даря теплую улыбку, вторила ей леди Амира.
Неуловимое движение, и свечи погасли. Еще мгновение, и они вспыхнули с новой силой, осветив уставшее лицо директрисы, на щеке которой блестела слеза.
Мне остро хотелось сбежать куда-нибудь подальше. Да хотя бы в лес, который находится в самом конце владений Ордена Магнолии. Требование наставницы выворачивало душу наизнанку. Зачем нам выбирать наказание? Почему мы должны вершить чужую судьбу?
До назначенной встречи с матушкой Геллой оставалось каких-то полчаса, а я так и не придумала наказание для сестры Иллири. Все мое существо противилось этому. Чтобы мне ни приходило на ум, все казалось неправильным, недостойным и отвратительным. Те методы, которые сестры Ордена использовали для наказания воспитанниц, были бесчеловечными и жестокими, и применять их к учителям совершенно не представлялось возможным. Разве это приведет к чему-нибудь хорошему? С чего бы человеку, привыкшему вымещать свою злость на слабых девушках, вдруг становиться милосерднее, испробовав на собственной шкуре всю «прелесть» розг, голодания или недельного заточения в камере на собачьей похлебке?
В любом случае нельзя навязать человеку свое видение правильного и неправильного, если он давным-давно вырос и привык к своей безнаказанности. Как говорится, горбатого могила исправит. Поэтому любое наказание не будет иметь смысла.
– Ты готова? – Голос Викки раздался неожиданно.
– Когда ты успела войти? – подняв голову, спросила у девушки. – Я не слышала стука в дверь.
– Я и не стучала. Дверь была нараспашку. Тебе принесли ужин, – кивнув на столик, ответила она.
– Понятно. Я слишком глубоко задумалась, раз не услышала слуг, – ни к кому конкретно не обращаясь, произнесла я."
"Кинув взгляд на стол, где под закрытыми крышками находилась еда, вздохнула и прислушалась к своему организму. Кушать не хотелось.
– Ты не голодна?
– Верно.
– Я тоже не смогла поесть, – поделилась девушка. – Скажи, ты очень переживаешь о них?
– А разве ты меньше? – вопросом на вопрос ответила я.
– Знаешь, вначале я представляла те наказания, которые применяли к нам… – тихо продолжила Викки. – Но потом поняла: ни одно из них не даст нужного результата. Сознание этих женщин невозможно изменить. И это нормально.
