В Москве, в Склифосовском, одном из крупнейших хирургических центров Советского Союза, за годы работы тысячи пациентов становятся примерами выздоровления — архивные документы рассказывают о невероятной практике. В этой части повести автор постепенно раскрывает историю, как здравоохранение шло к совершенству и сталкивалось с трудностями, отражаясь в личных судьбах врачей и пациентов....
"
"- Молодец! Иди в зал. После небольшого перерыва начнется концерт.
Возбужденное состояние охлаждает резиновый пояс на животе.
- Спасибо Надежда Михайловна, но мне срочно нужно отбыть домой…
15 июня 1971 год.
Третьего июня пришел долгожданный ответ в виде почтовой карточки. Трясущими от волнения руками, прочел трудно разбираемый почерк Александра Анатольевича:
Саша!
По-видимому, целесообразнее всего приехать на операцию после окончания школы. Однако, если желаешь, то можешь приехать сейчас. Пишешь, что заканчиваешь учебный год, может тебе удастся договориться с учителями, чтобы перевели без экзаменов.
С приветом А.Беляев.
Посмотрел на маму.
- Наконец-то! – улыбнулся: - Видимо, Александр Анатольевич не знает что в школе после восьмого класса нет экзаменов.
Она не разделила моей радости.
- Сынок, врачи нам сказали: «Операция очень сложная». Надо ли ее тебе делать? Живешь же! В школе учишься хорошо, поправился, бегаешь такие расстояния что и здоровому не под силу. Это же снова тебе под «нож» ложиться!
Грубо прервал ее:
- Мам, зачем мне это ты говоришь? С калоприемником я жить не собираюсь.
- Куда сорвался? Успеешь! Пообщайся с братьями - поедешь в середине июня.
В семье большая радость – освободился досрочно Николай. Вместо трех лет, «отсидел» два года, один месяц и десять дней. Говорят: «Тюрьма не исправляет, только ожесточает человека».
Сегодня дует теплый ветерок. Привокзальная площадь. Настроение приподнятое – ни на секунду не сомневаюсь в успехе предстоящей операции. Родители на вокзал не поехали. Мама, прощаясь возле дома, наказала:
- Как Александр Анатольевич назначит день операции, вышли телеграмму.
Провожают братья: Петя, Николай и Вова, а еще товарищ Вовка Евсевьев – он «страдал» от безделья возле дома и решил с нами «проветриться». Билет в кармане, до отправки поезда еще полчаса. Петька достает из футляра примитивный фотоаппарат «Чайка» (купил с первой получки на новом месте работы), и усмехаясь приказывает:
- Братишки, стали вряд. Буду фиксировать историю.
Выбирая место – оглядываемся. Перед зданием вокзала сквер.
