Документальное расследование криминальной драмы 1970—1980-х годов в США. Портрет таинственного серийного преступника, проникавшего в дома под покровом ночи, совершавшего нападения, убийства. Первая книга трилогии разоблачает одну из самых жестоких криминальных историй американского криминала.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «История Гиены. Хроника подлинного расследования. Книга 1»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Документальное расследование криминальной драмы 1970—1980-х годов в США. Портрет таинственного серийного преступника, проникавшего в дома под покровом ночи, совершавшего нападения, убийства. Первая книга трилогии разоблачает одну из самых жестоких криминальных историй американского криминала.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Документальное расследование криминальной драмы 1970—1980-х годов в США. Портрет таинственного серийного преступника, проникавшего в дома под покровом ночи, совершавшего нападения, убийства. Первая книга трилогии разоблачает одну из самых жестоких криминальных историй американского криминала.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «История Гиены. Хроника подлинного расследования. Книга 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Преступник не просто задумывался об эффективности самозащиты — он намеревался заставить страдать всякого, кто встанет на его пути. Насильник внутренне уже созрел для убийства. Это был очень опасный для полиции сигнал, означавший, что скоро калифорнийским правоохранителям придётся разыскивать не просто насильника, а серийного убийцу.
Как видно из всего, изложенного выше, к последней декаде февраля 1977 г. детективы, занятые розыском насильника из восточного Сакраменто, уже довольно хорошо представляли кого же именно им надлежит искать. И вот тут, конечно, перед ними в полный рост встал вопрос, который они до поры старались игнорировать. А именно: сколько же всего преступников причастно к изнасилованиям в столичном округе? Имелся ряд серьёзных доводов в пользу того, что насильников, как минимум, двое, причём, они действуют в очень схожей манере, которую нельзя объяснить случайным совпадением. Если преступников действительно двое, то они должны быть как-то между собой связаны.
На действия по крайней мере двух человек указывал явный разброс в описаниях внешности преступника, который сообщали потерпевшие в разных эпизодах. В одних случаях речь шла о довольно юном и худощавом мужчине ростом 172—177 см., в других — о плотном мужчине в возрасте около 25 лет и ростом 183—185 см. Разброс в росте, грубо говоря, в 10 см., а в весе — около 10 кг. Такую вариативность в описаниях можно списать на ошибочность восприятия потерпевшими, поскольку все женщины находились в состоянии крайнего стресса и зачастую просто не успевали рассмотреть преступника до того, как им завязывали глаза.
Но… разбросы в описаниях полового органа уже невозможно списать на стресс. Все потерпевшие, с которыми насильник совершал коитус, отмечали маленький размер его пениса, но в оценке того, насколько же он был «маленький» имелся неустранимый разнобой — одни потерпевшие сообщали о 10—12 см., другие — 6—7 см. в состоянии эрекции. Напомним, что преступник даже не осуществил дефлорацию одной из жертв, хотя совершал с нею половой акт трижды! Это безусловное подтверждение того, что половой орган насильника был объективно очень мал.
Наконец, существует ещё один довод в пользу того, что преступников было по меньшей мере двое. Выше уже высказывались некоторые соображения о важности для распознавания преступника «диапазона приемлемости жертв», но сейчас необходимо сделать существенную поправку. Хотя все потерпевшие действительно принадлежали к одному сексуальному типажу, нельзя не отметить весьма явный разброс в возрасте жертв — от совсем юных девушек 14—15 лет, до вполне зрелых женщин за 30.
