убийца должен был термостат включить на полную мощность.
Сразу уточним, что последующее расследование никакой ясности в этот вопрос не внесло.
На кухне была найдена пустая бутылка из-под сухого вина и пара фужеров с остатками вина. На одном из них были обнаружены следы губной помады, кроме того, на обоих удалось зафиксировать до полутора десятков чётких отпечатков пальцев. После дактилоскопирования трупов стало ясно, что отпечатки оставлены погибшими. В крови убитых были найдены следы алкоголя, что подтвердило предположение о совместном распитии спиртного незадолго до смерти.
При осмотре личных вещей, документов, одежды и автомашин были обнаружены счета и кассовые чеки из магазинов, аптеки, банка и ресторанов, которые посещали погибшие в последние дни жизни. Самые последние из них оказались датированы четвергом 13 марта 1980 г. Последующая проверка показала, что в тот день Лаймена и Шарлин действительно видели в различных общественных местах, а стало быть к вечеру того дня они были живы и здоровы.
Безусловно, огромнейшее значение для следствия имел ответ на вопрос: что именно пропало с места преступления? Тут возникла сложность непреодолимая. В силу очевидных причин первая супруга убитого не могла бывать в его доме, а потому ничего не знала о наличии в нём денег и ценностей. Дети Лаймена посещали дом, но в силу своего возраста также не имели понятия, какие ценности и где именно хранит их отец. Личных друзей у Смита не то чтобы совсем не оказалось, напротив, их было очень много, но всех их следовало считать скорее деловыми партнёрами, встречи с которыми проводились вне дома, нежели сердечными товарищами. Другими словами, они встречались на разного рода официальных мероприятиях, а не на семейных праздниках. Со стороны Шарлин ситуация выглядела даже ещё хуже — её родители, напомним, погибли за четверть века до описываемых событий, а бабушка умерла летом 1977 г., так что близкой родни у погибшей не оказалось вообще. Имелись подруги и коллеги по работе, они описали драгоценности, которые видели на Шарлин, но все эти изделия из дома не исчезли."
"Складывалось впечатление, что дом не подвергся ограблению, хоть это и казалось очень странным. В кошельках убитых не оказалось наличных денег, что только усугубляло ощущение странности, поскольку Шарлин имела привычку всегда держать при себе некоторую сумму наличными. Это был своего рода «рудимент молодости», пережиток той поры, когда молодая секретарша не имела банковских счетов и связанных с ними чековых книжек. Именно поэтому, хотя следствие и не обнаружило очевидных свидетельств ограбления, было сочтено, что таковое всё же имело место.