Как знала Люсинда, Ян Торнтон однажды был «соблазнен» леди Камерон, и хотя сейчас Элизабет уже не была молоденькой девушкой, она стала еще красивее, чем тогда. С тех пор Элизабет поумнела, следовательно, она не будет так глупа, чтобы позволить ему зайти слишком далеко, когда они останутся одни всего лишь на несколько часов. В этом Люсинда была уверена. Фактически единственное, в чем Люсинда не была уверена, так это в том, был или нет Ян Торнтон сейчас так равнодушен к Элизабет, как он заявил… и как, Господи, ей устроить так, чтобы они остались на эти несколько часов одни. Она вверила эти две последние проблемы во всемогущие руки Создателя и, наконец, погрузилась в обычный для нее спокойный сон.
Глава 12"
"Джейк открыл один глаз и в недоумении заморгал от солнечного света, лившегося из окна высоко наверху. Сбитый с толку, он перевернулся на бугристой незнакомой постели и оказался лицом к лицу с огромным черным животным, которое прижало уши, оскалило зубы и попыталось укусить его сквозь щели в загородке стойла.
– Ах ты, проклятый людоед! – обругал он норовистую лошадь. – Дьявольское отродье! – добавил Джейк и примерился, как следует ударить по деревянной загородке, таким образом отомстив за попытку укусить его. – Ох, черт! – выругался он, когда ударил босой ногой по доске.
Подтянувшись в сидячее положение, запустил пальцы в густые рыжие волосы и поморщился, увидев солому, застрявшую между пальцев. Ноге было больно, а от бутылки вина, выпитой накануне вечером, болела голова.
Встав на ноги, натянул сапоги и отряхнул шерстяную рубашку, дрожа от промозглого холода. Пятнадцать лет назад, когда он пришел работником на маленькую ферму, то каждую ночь спал в этом амбаре. Теперь, когда Ян выгодно поместил деньги Джейка, нажитые во время совместного плавания, он научился ценить прелести пуховой перины и атласных одеял, и их отсутствие сильно удручало его.
– Из дворца в коровник, – проворчал Джейк, выходя из пустого стойла, в котором спал. Когда он проходил мимо стойла Аттилы, оттуда со смертоносным ударом на него обрушилось копыто, чуть-чуть не ударив по бедру. – Это будет стоить тебе первого завтрака, ты, несчастный кусок грязи. – Сплюнул и с большим удовольствием начал кормить двух других лошадей, в то время как черная смотрела на них. – Из-за тебя у меня плохое настроение, – сказал Джейк весело, когда лошадь, сердито переступая с ноги на ногу, с завистью смотрела, как он кормит двух других лошадей. – Может, если оно улучшится попозже, я дам тебе есть… – Он замолк в тревоге, заметив, что великолепный гнедой мерин Яна стоял, слегка согнув правое колено, не касаясь копытом земли. – Ну, ну, Мейхем, – ласково проговорил Джейк, поглаживая атласную шею лошади, – давай посмотрим копыто.