С трудом отведя от него взгляд, неуверенно попыталась изменить настроение, перевернув лист на следующий рисунок, казалось, дышавший жизнью и бьющей через край радостью. На большом камне у моря сидел мужчина, обняв за плечи женщину; она подняла к нему лицо, и он улыбался ей, а то, как ее рука лежала на его руке, свидетельствовало об огромной любви. – Кто эти люди? – улыбнулась Элизабет, указывая на рисунок.
– Мои родители, – ответил Ян, и что-то в его голосе заставило ее внимательно посмотреть на него. – Тот же пожар, – спокойно добавил он.
Элизабет отвернулась, чувствуя комок в груди от сдерживаемой печали.
– Это произошло давно, – сказал он через некоторое время и, медленно протянув руку, перевернул лист. Черный ньюфаундленд смотрел на них. На этот раз, когда Ян заговорил, в голосе слышалась улыбка. – Если я мог подстрелить что-то, то она могла это найти.
Снова овладев собой, Элизабет смотрела на рисунок.
– У вас поразительная способность улавливать сущность вещей, когда вы рисуете, вы знаете об этом?
Ян озадаченно и одновременно насмешливо поднял брови, затем протянул руку и перевернул другие страницы, задержавшись на рисунке, детально изображающем четырехмачтовый парусный корабль.
– Я хотел когда-нибудь построить его, – сказал он ей. – Это мой собственный проект.
– В самом деле? – спросила она с восхищением, которое действительно чувствовала.
– В самом деле, – подтвердил он, улыбаясь в ответ.
Их лица разделяли всего лишь несколько дюймов, они улыбались друг другу; затем взгляд Яна остановился на ее губах, и Элизабет почувствовала, как от предчувствия беспомощно заколотилось сердце. Он слегка наклонил голову, и Элизабет знала, знала, что он собирается ее поцеловать; рука непроизвольно поднялась и потянулась к его шее, как бы собираясь привлечь его; затем все резко кончилось. Ян быстро поднял голову и одним ловким движением поднялся, крепко сжав челюсти. Ошеломленная, Элизабет поспешно повернулась к альбому и осторожно закрыла его. Затем тоже встала.
– Уже поздно, – сказала она, чтобы скрыть неловкое смущение. – Я бы хотела выкупаться в ручье, пока воздух не слишком холодный. О, подождите, – добавила она, осторожно снимая с большого пальца кольцо и протягивая ему, – я нашла его в том же ящике, что и рисунки, – и опустила кольцо в протянутую руку Яна.
– Отец подарил его мне, когда я был мальчиком, – сказал он небрежно.
Длинные пальцы сжали кольцо, и он положил его в карман.
– Я думаю, оно может быть очень ценным, – произнесла Элизабет, представляя, какие усовершенствования в доме и землях Ян мог бы сделать, пожелай он продать кольцо.
– В действительности, – успокоил ее Ян, – оно абсолютно ничего не стоит.